Эрагон. Книги 1-4

Воссоединившись с двенадцатью сопровождающими, которые поджидали их на «опушке», они начали спуск с горы и, достигнув дна узкого ущелья, двинулись вдоль него, пока не остановились у входа в туннель, столь искусно замаскированного, что сам Эрагон ни за что бы его не заметил.

С огромным сожалением Эрагон покидал эту горную долину и неяркий солнечный свет. Войдя в темный туннель, он увидел, что там для него несколько низковато. Туннель оказался футов восемь в ширину и шесть в высоту. Но, как и все прочие созданные гномами туннели, он был прямой как стрела, и, насколько хватал глаз, Эрагон не заметил в нем ни одного поворота. Оглянувшись через плечо назад, он как раз успел увидеть, как гном по имени Фарр закрывает вход в туннель гранитной плитой, висящей на петлях, точно дверь. И сразу же вокруг воцарилась тьма, но уже через пару секунд тьма развеялась — это гномы зажгли двенадцать ярких разноцветных шаров, вытащив их из седельных сумок. Одну такую беспламенную лампу Орик вручил Эрагону.

И они пошли дальше, в самое сердце горы. Пони звонко цокали копытами по каменному полу туннеля, и эхо, отражаясь от стен и потолка, напоминало сердитые крики невидимых духов и грозное клацанье их зубов. Эрагон поморщился; ему с его тонким слухом было мало радости слушать эту какофонию, однако он понимал, что до самого Фартхен Дура ему придется это терпеть. Туннель простирался под землей на много-много миль, и Эрагон покорно опустил плечи и потуже затянул лямки своего ранца, жалея, что не может сейчас полететь на Сапфире высоко над землей и в мгновение ока оказаться в Тронжхайме.

30. Смеющиеся мертвецы

Роран присел на корточки, сквозь ажурное переплетение ветвей ивы наблюдая за происходящим."

"В сотне шагов от него возле трех костров сидели за ужином пятьдесят три солдата Гальбаторикса и возницы фургонов. На землю быстро спускались сумерки. Обоз имперской армии остановился на ночлег близ реки, прямо на ее широком, поросшем травой берегу. Повозки с припасами стояли у костров полукругом. Стреноженные волы щипали траву позади лагеря, время от времени оглашая окрестности утробным мычанием. А примерно в двадцати ярдах ниже по течению реки была вязкая отмель — этакая естественная преграда, не дававшая возможности ни напасть на лагерь с этой стороны, ни убежать из него.

«О чем они, интересно, думали, остановившись в таком месте? Было бы гораздо разумнее, находясь на вражеской территории, разбить лагерь в более пригодном для обороны месте, найти какое-нибудь естественное прикрытие с тыла», — размышлял Роран. Но даже и в этом случае следовало соблюдать осторожность, выбирая место для ночлега, ведь случись атака неприятеля, отсюда спастись бегством будет попросту невозможно.