Эра Мангуста. Том 3

— Что ж, — следователь поднялся. — Благодарю за кофе, мне пора, удачи, и береги девочку.

— Обязательно, — серьёзно кивнул я, задумчиво глядя вслед Львовичу.

Когда я вернулся за стол, меня атаковали вопросами. Я вкратце пересказал выводы следователя, все за столом притихли, с новым интересом разглядывая Наталью. А та не знала, куда себя деть, сидела пунцовая и молчала. Наконец, Надя озвучила общую мысль:

— Милая, ну, твоей-то вины в произошедшем нет, так что всё хорошо. Мы тебя любим, и мы всегда с тобой.

И тут рыжую девушку прорвало. Она зарыдала, тихонечко, словно стесняясь своих эмоций. Я тут же обнял её, и рубашка моментально промокла.

— А я же почти повелась, — донеслось до меня сквозь всхлипывания. — Почти поверила, благодарность испытывала! Нет, никакой любви, я тебя люблю, хоть, наверно, теперь ты мне не поверишь. Так мерзко я себя ни разу в жизни не чувствовала, как будто в отходное место окунули, гадость какая. Ты же простишь меня?

— Не за что прощать, милая! — я немного отстранил девушку, чтобы видеть её глаза. — Это была профессионально спланированная операция! И психологи там явно свой хлеб ели не зря. И, если бы не моя паранойя, у них бы всё получилось. Не переживай, твоей вины там не было и нет сейчас. А если бы я знал о ситуации о магах смерти и их ценности для кланов, многое могло и не произойти. Сегодня же потребую от академии охрану тебе! И всё будет хорошо. А главное, я тоже тебя люблю.

Блин, прямо почувствовал себя героем женского любовного романа, гадость какая! Не так я представлял себе первые признания в чувствах, совсем не так! Вечер на море, лёгкий бриз, шампанское, которое здесь называют просто игристым вином, половина огромного солнечного диска у горизонта. А не вот это всё. Впрочем, после драки кулаками не машут, а девушке явно нужны эти простые, но важные слова.

Она разрыдалась пуще прежнего, однако истеричные нотки пропали, я бы даже сказал, сейчас были слёзы облегчения. Остальные просто молча смотрели на нас, ни слова не говоря и забыв про еду. Даже официантки испарились из зала, а соседние столики делали вид, что нас не существует.

— Самое время сделать девушке предложение, — неизвестно как подкравшаяся Коброва жарко зашептала мне на ухо. — Она безтотемная, проблем не будет. Этим и себя порадуешь, и её обезопасишь. Главное — старшей женой не делай, я как бы сама хочу, — хихикнула она и испарилась.

Не, ну что за язва? В такой момент и давать ехидные советы. Хотя, если подумать, то совет-то действительно дельный. Теперь точно буду героем ненавистной мной мыльной оперы, стопятисот серийной любовной истории. «– О, Афилия, будь моей? — Конечно, Эрнандо, я твоя навеки!».