Эра Мангуста. Том 3

Я в который раз поразился скорости строительства в этом мире.

Вскоре нас, всех двадцать шесть человек, перечислив поимённо, вызвали в тот самый барак, где мы ожидали прохождение полосы препятствий. Каждое имя встречали бурными овациями.

Когда собрались, к нам обратился «Гэндальф». Он объяснил правила: нас попарно вызывают с интервалом в десять минут и объявляют, на какой из рингов нужно приходить. И очень просил ради зрелищности состязания стараться выбить противника ранее, чем истекут отведённые минуты.

Только теперь я вспомнил про тотализатор! Наверняка он есть, а я опять напрочь позабыл на себя поставить. Впрочем, мы до сих пор не знали, кто и с кем будет биться, а это, на мой взгляд, чуть ли не главное в ставках — быть в курсе, какой участник против кого выходит.

Мой первый бой оказался с княжичем! Кто бы мог подумать? Нас вызвали, и мы, перекинувшись взглядами, направились в поле к своему рингу. В этот момент вокруг меня всё померкло.

Знакомый серый туман, привычный постамент, на котором с явно довольной мордахой восседал сам Мангуст, по обыкновению завернувшийся в собственный хвост. Лёгким поклоном я поприветствовал своё божество.

— Здравствуй, Андрей! — ухмыльнулся он в усы. — Давно не виделись, но я тут пытался в себя прийти. Твоя вчерашняя победа дала мне довольно много сил. Из-за притока новых верующих тебя боготворят, а значит, я получаю достаточно энергии. Пока не могу полноценно тебя защищать, ограничение на пять минут отката остаётся действительным. Впрочем, я призвал тебя не для этого!

— Слушаю, — вежливо отреагировал я."

"— Прямо сейчас ты идёшь на бой, который вы оба считаете заменой несостоявшейся дуэли. По моим личным правилам, ты не можешь пользоваться божественными способностями на поединке, помнишь? С другой стороны, дуэлью этот спарринг не является, несмотря на ваш настрой. Мне интересно твоё мнение, как ты намерен поступить?

— Если честно, я собирался прибегнуть к твоему дару, только когда превосходство противника будет ошеломляющим. Мне самому невероятно интересно посмотреть, на что гожусь. Но и проигрывать не хочу! — абсолютно откровенно выпалил я Мангусту.

— Мне нравится твой подход, — ухмыльнулся лохматый. — Оставлю свою силу при тебе. Пользуйся ей разумно, лишь в самом крайнем случае. Я верю в тебя так же, как и ты в меня!

— Благодарю! — поклонился я воздуху перед собой, поскольку снова стоял на песке арены.

Впрочем, уверен, что Мангуст увидел мой жест, как и все остальные, сидящие на трибунах. Похоже, они восприняли это как знак уважения, или хрен его знает, что творилось в их головах, но мне аплодировали долго и с чувством, сбивая руки. Возможно, именно этого моё божество и хотело, выкидывая меня в мир.