Эра Мангуста. Том 3

А ещё через две, по шву дверки побежали красные искры, раздался щелчок, и крышка выдвинулась.

Причём не приоткрылась, а именно выдвинулась, как кассетоприёмник у древнего видеомагнитофона производства СССР. Внутри лежала одна единственная бумага. И больше не было ничего.

Непроизвольно сердце забилось сильнее, мороз пробежал по спине. Я аккуратно развернул бумагу. На ней от руки был текст:

— Дорогой сын, я пишу это письмо в момент редкого просветления, я больше не справляюсь на наведённым психозом, кажется, мои враги победили. Если ты читаешь это письмо, я, скорее всего, уже мёртв.

Я беспомощно огляделся, сердце сжало. Это явно была не моя реакция, но с этим будем разбираться позже, и я вернулся к чтению.

От автора:

Нейросеть показала мне, какой она видит Анжелу. И, знаете, я с ней полностью солидарен! Встречайте владелицу бабочки:

Глава 26

— Если ты читаешь это письмо, я, скорее всего, уже мёртв, — продолжил я читать письмо. — У меня был друг, англичанин, барон Джон Фокс. Нас объединяло многое, мы постоянно помогали друг другу, у нас не было друг от друга тайн и секретов. Мне казалось, что это настоящая мужская дружба. А потом он, находясь у меня в гостях, обнаружил «тонкое место». Он же «универсал». Да, сын, у нас на земле, на скале в виноградниках, есть такое сокровище, найди его!

Губы непроизвольно сказали «да, отец, уже нашёл», а взгляд переместился на закопчённую крепость.

— Мы вместе сходили на нулевой уровень, и, ты не поверишь, обнаружили там разумную жизнь! Мы поклялись молчать об этом, планируя вдвоём набрать денег на строительство укреплённого прохода туда. А вскоре я начал сходить с ума. Я никогда не был азартным, и безумно любил твою мать. Но почему-то стал завсегдатаем казино и борделей. Иногда, очень редко, наваждение отступало, как, например, сейчас. И я с ужасом осознавал, что творит мой затуманенный разум. Я даже как-то смог обратиться к твоей матери за помощью, но она мне не поверила, считая, что я просто оправдываю своё недостойное поведение.

У меня в ушах звучал голос человека, которого я никогда не знал. Но этот голос помнило моё тело. Я вернулся к чтению.

— Вскоре, чтобы покрыть долги, я стал распродавать имущество. Это было началом конца. Но даже сквозь захвативший меня туман, я понимал, что скалу продавать нельзя ни в коем случае! В момент одного из просветлений я позвонил Фоксу и рассказал, что со мной происходит. Тот пообещал принять меры. С того случая прошёл почти год, и за это время сейчас у меня первое просветление. Что приводит меня к очень грустным выводам. Человек, которого я считал другом и которому полностью доверял и есть инициатор моих проблем.