Эра Мангуста. Том 3

Но наши кольца говорили нам, что он жив! А теперь…

Её глаза снова наполнились слезами. Я нежно приобнял её и повёл к машине. Сергеевич уже сидел за рулём, автомобиль нежно, басовито и почти неслышно довольно урчал двигателем. Открыв дверь, я усадил девушку. Внутри оказался один диван, и мы легко поместились на нём втроём.

Увидев состояние подруги, Наташа тут же насела на заплаканную красавицу, выпытывая подробности. Та без утайки рассказала ей всё. И про то, что её отца подозревают в покушениях на меня, и про его пропажу, и про текущее состояние. Даже я узнал что-то новое, Аманда с Антоном Сергеевичем тоже внимательно прислушивались, сидя спереди.

Закончив исповедь, девушка уставилась равнодушными и уже сухими глазами в окно, отрешившись от происходящего. Мы её не трогали, как бы мне не хотелось её успокоить. Это ей надо переварить самой.

Не доезжая до дома старик вдруг свернул с трассы и куда-то поехал. Оказалось, наша цель — центральная сочинская больница. Услышав фамилии Коброва и Прокречетов, чуть не поседевшая медсестричка лично довела нас до палаты, у входа в которую дежурили двое полицейских. Они, услыхав те же фамилии, почтительно расступились, пропуская нас внутрь."

"До боли знакомая обстановка, узкая кровать, окружённая кучей приборов, два доктора, от одного из которых ощутимо тянуло силой, колдовали над аппаратами. Увидев нашу толпу, они напряглись, явно планируя нас выставить. Но волшебная фамилия старика сыграла и в этот раз, врачи тут же сделали вид, что мы им не интересны.

Надя бросилась к кровати. На ней лежал невероятно тощий мужик, седой как лунь, обвешанный какими-то датчиками и устройствами. Девушка схватила его за руку, явно не рассчитав силы, на что этот полускелет тут же среагировал:

— Don’t hit me! [ * не бейте меня! (англ)], — прошептали его растрескавшиеся губы. — I’ve told you everything! [ * я же всё рассказал! (англ)]

На этом его силы явно кончились, и мужчина вновь впал в забытьё. Сергеевич подошёл к врачу, от которого шёл мощный поток силы.

— Какие прогнозы, док? Он выживет?

— Мы его стабилизировали, но крайняя степень истощения — это вам не голову пришить. Всё намного сложнее. Но шансы достаточно большие. Основная проблема — отравление морской водой. Не знаю, сколько времени он её пил, но обезвоживание слишком сильное, началось разрушение внутренних органов, почки вообще еле живые. Мы постараемся, честно.

— Вы хотите сказать, что он пробыл в море долго? — уточнил дед.

— Больше недели точно. Точнее, больше семи дней он пил морскую воду. Как он выжил — для меня лично загадка.

— Гхм, док, — дед вытаращил глаза. — Я всегда считал, что такое невозможно. Без воды можно выжить дня четыре, на морской — ещё меньше.