Эпоха Опустошителя. Том IV

Та попыталась рвануть в мою сторону, но я лишь злорадно покачал головой.

— Ну и дура, — рассмеялся весело я, ловко вынимая из ножен Гаммы. — А могла прожить на несколько секунд дольше.

Область кромешного мрака…

Сумрачный сдвиг…

За пару вдохов всё погрузилось во мрак, все шесть разумных из неизвестного отряда оказались в моей власти. Воительница попыталась покинуть пределы области, но хватило одного сдвига, чтобы оказаться у неё за спиной. Взмах правой Гаммы пробил брешь в её золотом покрове, левая же без какой-либо жалости вонзилась чуть ниже лопатки и пробила тело насквозь, отчего она захрипела и стала заваливаться наземь. Однако упасть я ей не позволил.

Точнее я никому не позволил упасть. Тьма сковала всех подобно кандалам.

Экзекуция мраком…

Я не понимал, кем они являлись и не хотел понимать. Однако если судить по снаряжению и силе, вероятнее всего это были представители доминирующих или же младших кланов, потому как их гербы мне оказались абсолютно неизвестны. Впрочем, теперь это совсем неважно. Друзей на Севере я заводить не собирался и итог всей этой свистопляски мог быть только один.

Сотни лоскутов тьмы сковали едва живых противников, а затем с губ слетела столь желанная фраза:

— Пожирание… Массовое Опустошение…

С чавкающим звуком смертоносные побеги экзекуции мрака вонзились в податливую плоть, а уйма энергии в виде эссенции и магии рванула во внутренний мир. Лишь одного не удалось учесть. Я не предвидел того, что такое количество силы ускорит выплеск. Последнее, что удалось увидеть, так это то, что мир полностью обагрился кровью, а далее на свободу вырвались лишь животные инстинкты злобы, гнева и ярости.

Припадок неистовства полностью овладел сознанием.

Третий день прошел за охотой, затем последовал четвертый, пятый прошел в таком же ключе, далее настал шестой. Однако каждая прожитая секунда данного времени была как в тумане. Кроваво-черном тумане.

Я видел всё. Я видел то, что творил. Видел кровь. Видел смерть. Порой мне хотелось остановиться, но в глубине души понимал, что не смогу. В глубине души я желал крови. Я желал смерти. Я желал стать сильнее.

Первый отряд, далее второй, после третий, за ним шел четвертый. Я не останавливался ни на миг. Попросту не хотел останавливаться. Мне не хватало сил. Припадок будто тиски держал тело в кровожадном тонусе, а сцены сражений и моих нападений на враждебные группы повторялись подобно безумному калейдоскопу.

Лишь одно оставалось неизменным. Точнее одна фраза постоянно блуждала в мыслях:

— Пожирание…

— …ар…

* * *— Пожирание…

— …ар…

— …кар…

* * *— Пожирание…

— …ар…

— …кар…

— …анкар…

* * *— Пожирание…"

"Именно это слово чаще всего слетало с губ и не давало покоя.