Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)

— Скажи, что это не так?

— Где эта падаль? — холодно вопросил я, под напором очередной порции приваливших эмоций.

Да, из головы до сих пор не выходил момент с разрушением барьеров над Западным Пределом. Я долго думал почему они спали. Так вот их не уничтожили. Их специально деактивировали. А сделать подобное в пылу суматохи мог только один человек.

Жейд Креамх.

Неужели никто этого не заметил? Или же его прикрывают? Эта падла не просто так передала командование Хемаху. Он сделал это намерено, чтобы спасти свою шкуру. Ярвиром клянусь, я прикончу эту падаль! Если бы эта тварь не струсила, всё могло быть иначе.

— В квартале… развлечений, — чуть запнувшись отозвался Цуг. — Мы только оттуда и сразу к тебе. Ранкар, так ты действительно… калека? — сглотнул вдруг пацан.

— Позже объясню. За мной! — скомандовал я, подхватывая с кровати китель и ножны лейтенанта. — Нужно кое в чем удостовериться.

«Кстати, ты забыл о главном, — зазвучал в голове до ужаса кровожадный голосок Руны. — Печатей на первой колоне больше нет и это получается…»

Получается, что теперь, я могу убивать.

Да. Моя жажда крови спала долго. Слишком долго. Целых тринадцать лет. Пора навёрстывать упущенное…

Глава 21

Шаг вперед…

За свою жизнь я убил всего-навсего троих человек. Причем сделал это под влиянием неистовства. Хотя, как по мне это и не люди были вовсе. Обычные животные. Первыми двумя жертвами являлись двое ублюдков в детском доме, которые посмели смеяться над смертью безобидной девчушки. То решение хоть и исковеркало моё будущее, да я даже толком не помню, как убивал их, но не жалею о содеянном. К тому же за свою ошибку я расплатился тринадцатью годами работы на синдикат.

Странно, что не могу вспомнить имён тех уродов, но имя третьей своей жертвы я еще не забыл. Да. Ирлат Брахас. Сын одного из генералов дома Креамх. Удивительно, что он не вздумал мне мстить. Бой с той мразью случился совсем недавно, но по ощущениям словно минуло несколько месяцев.

Не знаю зачем мне создали запрет на убийство, однако я начинаю догадываться, кто это сделал. Мои сраные родители! Остаётся только два вопроса. Зачем? Почему они со мной так поступили? Но стоит ли теперь вдаваться в детали? Отныне я не собираюсь идти ни у кого на поводу. Отныне ничто не будет меня сдерживать. Я убью любого, кто встанет на пути! Надо мной измывались долго. Чересчур долго.

В зону развлечений я шагал неспешно, а разумных на пути попадалось всё больше. Правда, я и сам не заметил, как под напором скверных мыслей стал выходить из себя. В душе преобладал какой-то лихорадочный трепет, волнительное ожидание кровопролития и злоба ко всему живому. На изумление только топот ребят позади странным образом отрезвлял и не давал отдаться в пучину насилия. А еще был шепот.