Эпоха мёртвых. Начало

Налетев на повернутое ребром дверное полотно с такой силой, что петли с треском вывернулись из рамы, тварь упала и откатилась к противоположной стене, дёргаясь и скользя в запёкшейся крови. Я успел перезарядить ружьё и выстрелил в ту часть тела чудовища, которая была мне видна через дверной проём. К моему счастью, весь заряд картечи, все двенадцать кусков свинца, угодили в шею и перебили позвоночник. Тварь издала всё то же громкое, но одновременно — какое-то беззвучное шипение, задёргалась, но… Позвоночники им тоже необходимы!

Я снова прицелился, уже в верхушку черепа, и опять выстрелил. Картечь проломила голову и выбила содержимое черепной коробки на стену, разбрызгав почти до потолка. Всё, кажись. Я судорожно начал вынимать из навесного патронташа толстые патроны двенадцатого калибра и запихивать их в дробовик по одному.

— Что там? — послышалось, причём голосами и Лёхи, и Шмеля, но уже просто так, из коридора.

— Хрен его знает, — честно ответил я с глубоким выдохом. — Я такого ещё не видел.

За спиной послышался топот, в квартиру ворвался Шмель, с «Сайгой» на изготовку.

— Где? Что?

— Там! — Я показал стволом на мелко дёргающуюся, но при этом совсем молчаливую тварь.

— Ни хрена себе… — протянул Шмель, и глаза у него полезли на лоб. — Это что?

— А я знаю? Морф, наверное.

— Морф? — озадачился Мишка. — А по-русски если?

— По-русски это что-то вроде мутанта.

Ответил и медленно пошёл в соседнюю комнату, а Шмель направился на лестницу, на свою позицию. И сразу же оттуда послышался его голос: «Куда прёшь? Что надо?» Какой-то мужской голос пробормотал что-то, шаги удалились. Я не стал выглядывать, за тыл Шмель ответственный, но спросил, крикнув: «Кто там был?»

— Да ещё один сосед, тоже датый, на стрельбу заглянул, — ответил он. — Тут весь дом одни алкаши.

— Понял, — кивнул я и вошёл в дверь.

И что же мы имеем? Я медленно придвинулся к лежащей на полу твари, не спуская с неё прицела. Да, неплохо. Как описать? Перво-наперво челюсти. Больше человеческих раза в два по всем параметрам. Пасть набита зубами. Кожа вокруг пасти местами натянута, местами лопнула, похоже, что рост костей происходил почти ураганно. Лоб пониже, видная в расколе черепа лобная кость необычайно толста. Глаза направлены вперёд, смотрят из ям. Нос уменьшился, растянулся в стороны, расплылся по всей морде, вывернув ноздри. Шея стала длиннее и очень гибкой, судя по тому, как тварь дважды убирала голову с линии огня. Явно удлинились руки, стали мосластей, с широченными суставами. Пальцы укоротились, а ногти невероятно приросли какими-то роговыми метастазами, охватили пальцы и превратились в неслабые когти. Они были перемазаны запёкшейся кровью, тварь рвала свой обед не только зубами, но и когтями.