Эпоха мертвых. Москва

Тут, считай, новые печенеги вырастают понемногу, и скоро они превратятся в настоящее бедствие.

Сергей Крамцов, партизанский командир,

вождь освободительного движения

вятских крестьян из деревни Вяльцево.

10-11 мая, четверг, ночь.

Действительно, как и говорил Коля, укрыть БРДМ труда не составило. Лес сжимал грунтовую дорогу с двух сторон, и мы остановились примерно на километр не доезжая до станции. Оставили с машиной Шмеля и Сергеича, как самых виртуозных механика-водителя и стрелка из башенной установки, а мы с Кэмелом и Колей, которому выделили заимообразно «лешего», направились в сторону станции. Кроме лохматого камуфляжа мы выделили Коле ночной монокуляр и один АПБ, пообещав отобрать это все после операции. Он не возражал."

"Сначала мы зарослями подобрались к каким-то длинным пакгаузам, за которыми пересекались многочисленные пути маневрового поля. Станция здесь работала и как разъезд, и как сортировочная, а еще на ней были огромные склады леса – зоны здесь все больше лесоповалом занимались, и с этой самой станции лес отгружали железной дорогой. В общем, станция была большая.

Убедившись, что за нами никто не наблюдает, мы перебежали в большое кирпичное здание без ворот, к которому была пристроена платформа, с которой, наверное, шла погрузка в вагоны. Огляделись, обнаружили пристроенную к стене лестницу. По ней взобрались на массивную балку, по которой катался мощный кран, а оттуда перебрались к торцевой стене здания. Пространство между крышей и верхом кирпичной стены было закрыто рассохшимися досками, и через них оказалось удобно наблюдать за станцией, которая была как на ладони.

Станция выглядела пустынной и заброшенной. На водонапорной башне бандиты разместили пулеметное гнездо с ПКС[16], некоторое движение было заметно возле небольшого двухэтажного домика, покрашенного в грязно-желтый цвет по штукатурке. Оттуда иногда выходили люди в уже привычной полувоенной разномастной одежде и с автоматами, заходили внутрь. Еще два пулемета я заметил в окнах этого домика. Вокруг него прогуливался парный патруль, то подходя близко, то исчезая за станционными постройками. Патруль был один.

Зато рядом с самим зданием стояли два БТР-60. Совсем ветераны, но тоже как новые. Я таких в армии почти и не видел уже. Разве что в Чечне несколько штук, которые туда загнали специально, чтобы списать на боевые. А на складах вот хранились где-то, мало что новенькой краской на бортах не сверкают.

Впрочем, теперь кроме номеров и звезд, на бортах бронетранспортеров появилась надпись, сделанная по трафарету: «22 зона». Вот так, можно сказать, эмблема части появилась. Тот, кто эти бронетранспортеры на длительное хранение ставил, теперь икает небось, если живой еще.