Эпоха мертвых. Москва

В процессе мутаций они не догадались выбраться хотя бы в коридор. В случае с Витькой спасла удача и теснота. Здесь спасла «специализация» их устройства. В пустом коровнике несколько дней назад спасла тоже удача. Какими будут следующие? И насколько хватит удачи?

– Что делаем дальше? – спросил Леха.

– Ищем мертвяков, куда они делись. – сказал я. – Но наверх не пойдем пока. Мне кажется, что надо заглянуть в подвал.

– А если полезут сверху?

– Поставим растяжку с РГД на лестнице, если пойдут, то услышим. Но мне кажется, что если там кто и есть, то так как здесь, случайно запертые. Операционная на замке была, вот эти двое здесь и остались. Дверь захлопнулась.

Мы вышли из коридора, Леха поднялся на пролет выше и быстро соорудил растяжку из толстой лески и ГРД-5, примотав гранату к радиатору отопления на лестничной площадке, а леску – к перилам. Натянул достаточно высоко, чтобы точно сорвали. Затем мы пошли вниз, спустились на первый этаж. Двери в подъезд по-прежнему были закрыты, а вот через подвальную дверь мне как будто бы слышался какой-то шорох.

– Василий, слышишь что-нибудь?

– Не знаю… Нет, вроде бы.

– Леха, держи лестницу сверху, Кэмел, Сергеич, дозаряжаемся, кому надо.

– Никому не надо.

– Тогда пошли. Фонари.

Мы снова включили фонари под стволами, направив их с Сергеичем на дверь. Васька смотал проволоку, Леха выдернул из-под двери клинья. Васька пригнулся, взялся за ручку двери, потянул ее на себя. Дверь легко открылась, Васька отскочил. А мы с Сергеичем онемели.

В свете острых лучей наших фонарей мы увидели… Это как вагон метро в час пик на самой забитой станции, наверное. Весь подвал был забит мертвяками, стоящими, лежащими, сидящими. Они были малоактивны, такое впечатление, как будто мы их разбудили. Ближайшие к нам среагировали на свет, начали подниматься на ноги, толкаясь и мешая друг другу. У меня сердце провалилось куда-то в район желудка, спина похолодела, волосы на голове зашевелились. Руки сработали сами.

Я выстрелил в голову ближайшему ко входу, опрокидывая его на остальных, затем в его соседа, рядом бабахнуло ружье Сергеича, слева от меня, чуть снизу – Кэмела, с лестницы – Лехи. Эхо стоячей волной от близких стен ударило по ушам. Все поняли меня правильно, что надо создать завал из трупов в дверях подвала, только так мы сможем оторваться. Если вся эта толпа успеет просто качнуться в нашу сторону, рвануться разом – мы покойники. Ни единого шанса у нас нет. Вцепятся, повалят, вопьются зубами и разорвут на клочки.

– Огонь, мля! – заорал я, опустошая в мертвые разлагающиеся лица магазин дробовика. Запах горелого пироксилина из четырех стволов перебил даже вонь мертвечины.