Эпоха мертвых. Москва

– Поэтому недостатка именно в средствах усиления мы не испытываем. Можем позволить себе воевать исключительно высокоточным оружием и вообще не вступать в прямое противодействие.

– Ваши цели помимо получения прохода в промзону? – спросил Рубцов.

– Изначально – никаких. – развел руками Павлов. – Разобраться в происходящем, по возможности прекратить бои между людьми – и так мир погиб, зачем добивать друг друга?

– Благородно. – усмехнулся Рубцов. – Проблема в том, что господа, занявшие промзону, игнорируют законную власть, то есть руководство города и федерального центра. Фактически, мы пытаемся навести в городе конституционный порядок.

– Разрешите, товарищ старший лейтенант? – поднял руку я, обращаясь к Павлову.

– Давай.

– Господин полномочный представитель Президента… – заговорил я проникновенным голосом. – Видите ли, я прибыл из Москвы… То есть из федерального центра. Последних представителей правительства страны я видел расстрелянными возле международного аэропорта Шереметьево, лежащими в рядок на дороге. Больше ни в какой форме федеральное правительство себя не проявляло, смею заметить. По крайней мере, признаки его активности остались обществом незамечены. Поэтому не думаю, что ваше заявление звучит хоть для кого-нибудь здесь хоть сколько-нибудь убедительно. Давайте спустимся с уровня дипломатической вежливости на уровень банальной реальности. Сферы влияния, ресурсы… ну и так далее. Проще понять друг друга будет.

Рубцов посмотрел на меня, спокойно кивнул:

– Хорошо. Тогда попробую быть конкретным. Мы считаем несколько зон в городе и вокруг него стратегически важными для выживания. Нефтеперерабатывающий завод, порт, речной транспорт, нефтехранилища, склады Росрезерва в Бору… ну и еще ряд объектов. Так называемые «заводские», как уже сложилось их называть, претендуют на те же объекты. Все. Почва для соглашения? Сколько угодно. Можно за день договориться.

– И почему вы тогда воюете? – несколько озадачился я.

– «Заводские» нам не доверяют. – сказал Миронов. – Гарант нужен для успеха переговоров.

– Военные подойдут? – спросил Белецкий.

– Подойдут. Вполне.

– Разрешите? – снова влез я.

– Пожалуйста. – ответил Рубцов.

– Позволю себе заметить, что в будущем производство сельхозпродуктов будет не менее важным, чем промышленное производство. Структура всех экономических связей изменится. Рынок промышленных товаров сузится очень сильно. Численность населения сократилось в разы, а ведь есть еще запасы, которых хватит лет на десять, не меньше. А есть хочется всегда. Даже такой товар как дрова станет очень ценным к следующей зиме.