Эпоха мертвых. Москва

Щас будет фокус! – скомандовала Хромая, но «смирно» никто не встал, хотя все же обернулись на нее. Кто-то заржал.

– Значит так! У этих здесь еще снайпер. – она ткнула прямо в мину пальцем. – Во что хочешь, попадет. Попадет? – она требовательно посмотрела на меня.

– Попадет. Леха, попадешь? – спросил я в микрофон.

– Цель обозначь. – послышался в наушнике ответ.

– Попадет. – сказал я Хромой.

– Гля, какая у него херня! – захохотала она, показывая на гарнитуру рации. – Отлично. Чика, отойди от меня, блин, засношал рядом крутиться. Вот туда стань! – она показала в сторону дерева с повешенными.

Я понял, что будет, а Чика – нет.

– Видишь Чику? Снайпер видит?

Чика разговор слышал, но выводов пока не делал. Не умеет он такие плохие для себя выводы делать. И уже не научится.

– Леха, видишь этого, в очках? – негромко спросил я в микрофон.

– Принял.

– Видит. – сказал я Хромой.

Она удовлетворенно кивнула, обернулась к сидящей на траве компании.

– Короче, все! Фокус. Давай, скажи чтобы Чику исполнил. – шепнула она мне, махнув рукой в сторону «замполита».

– Леха, вали очкатого. Поэффектней.

Выстрел и попадание пули случились одновременно, расстояние было небольшое. Пуля ударила Чику в переносицу, разломив пополам очки, выбила облачко кровавых брызг из затылка. Чика упал навзничь, грузно, как мешок, жизнь покинула его еще в тот момент, когда пуля с полостью к наконечнике разрушила лобные доли его извращенного мозга. Компания заорала, засвистела, зааплодировала.

– Класс! Заебал на ухо гудеть и на мою Мелкую слюни пускать. Алечка, давайте то, давайте это… хер болотный. – довольно похоже передразнила Хромая Чику.

Я с пониманием кивнул, гадая, куда выскочит ее мысль, блуждающая в конопляном тумане. Хромая неожиданно приподняла крышку подсумка с миной, заглянула внутрь… и лизнула верх мины, далеко высунув розовый, как у кошки, язык с золотой штуковиной в середине.

– Лизнешь провода – может замкнуть. И рванет. – сказал я, решив этой легкой ложью пресечь дальнейшее ее сползание в полный отвяз и моральную махновщину.

– Класс… – протянула она, заглядывая мне в глаза. – Сильно?

– Всем хватит, даже машины ваши разнесет. – приврал я.

– Здорово. – кивнула она. – Лизнула – и рвануло. Ранняя эякуляция называется.

Затем задумалась, потом спросила:

– А Мелкую твой снайпер пристрелить сможет?

– А зачем?

– Не знаю. – она слишком размашисто взмахнула рукой, так, что ее чуть не закрутило. – Классно же с Чикой получилось.

– Ну, Мелкая не Чика ведь. Ее тебе потом жалко будет.

– Будет. Даже очень. – согласилась Хромая, а затем вдруг доверительно сказала: – Я же ее люблю! Пусть будет. Ладно, счастливо вам, езжайте отсюда нахрен, раз с нами остаться не хотите. А мы вас и не звали.