Эпоха мертвых. Москва

Действительно, хоть зомби явно хотелось добраться до добычи, то есть до нас, он не лез в воду, и более того, это выглядело так, как будто он опасался ее.

– Слушай, он явно боится воды. Почему?

– Не знаю. – пожала плечами Татьяна. – Я вообще не видела, чтобы они хоть чего-нибудь боялись.

– Я тоже так думал, а тут на тебе. – сказал я и повернулся к хозяйке: – Евдокия Васильевна, стрельбы не боитесь?

– Боюсь. Но ты стреляй, ну его. – махнула она рукой. – Страшный он какой то, аж мороз по спине.

Я просунул левый локоть под коротко подтянутый ремень карабина, так, что когда я его взял наизготовку, согнутая рука встала в распор, ремень натянулся и прижал цевье к ладони. Ствол уставился на цель так, как будто его на опоре разместили. Подвел верхний шеврон прицельной сетки на лоб мертвяка, глядящего явно не на нас, а на воду, и нажал на спуск. Раскатисто треснул выстрел карабина, мертвяк упал навзничь. Сзади послышались бегущие шаги, к нам подбежали Леха с Викой, у обоих оружие в руках.

– Что случилось? – спросила Вика с ходу.

– Мертвяк из леса вышел, местный. – ответил я. – Они, похоже, к своим местам жительства все стремятся. И еще кое-что – он боялся воды.

– Боялся? – с недоверием спросил Леха.

– Боялся. – подтвердила мои слова Татьяна. – Точно боялся, без вариантов, даже близко не подошел. Нас видел, мы ему с виду вкусными казались, все в норме, но вода его пугала."

"– Убрать бы его надо, а то будет тут идиллический пейзаж портить. – сказала Вика.

– Вы идите в баньку, а за ним подъедут. – сказала Евдокия. – На выстрел народ прибежит, вот и скажу им, чтобы увезли его. Он холостой, только сестра здесь, вот ей и отнесут пусть. И батюшке скажем, отпевать надо.

Вот те раз! А ведь у меня и в мыслях не было его хоронить. И до этого ни разу не было. Зомби – они и в Африке зомби. Но одно дело в Москве и после, в Солнечногорске, когда все зомби, бросавшиеся на нас, были людьми незнакомыми, просто монстрами из фильма ужасов. А здесь, в деревне? Чуть ведь глупость не сделали. Такой косяк мог бы быть, что дальше некуда. Сейчас бы мы оттащили его куда-нибудь в сторонку и скинули в яму, а его односельчане нас бы отсюда на пендалях обратно до Москвы бы погнали. Слава богу, что Евдокия здесь была. Меня аж в пот кинуло, при мысли, как могли накосячить.

– Ну раз сами людям скажете, то тогда мы париться пошли.

– Идите, конечно, легкого вам пара.

Мы зашли в предбанник, начали раздеваться. Пахло распаренным веником, горячим деревом – банный дух.

– Чего задумался? – спросил Леха.

– О двух вещах. Первая – мы чуть не накосячили, это ты заметил?

– Заметил. Могло хреново закончиться.

– И вторая – почему мертвяк не шел в воду?

– Ваш вирус не сродни бешенству? – спросил Леха. – Водобоязнь и все такое? Даже фильм был когда то такой, идиотский до ужаса.