Эпоха мертвых. Москва

– А то, что связи нет, сообщения нарушены уже давно. Как он туда попадет?

– Самолетом. – уверенно ответила она. – Самолеты же летают?"

"– Самолетом. Да, конечно. – усмехнулся я. – Он скажет, что хочет навестить кузена за три тысячи километров от Горного Алтая, и ему предоставят самолет, истратив десятки тонн дефицитного топлива в момент, когда наступил конец света? Вы действительно так думаете?

– А вы? – задала она встречный вопрос.

– Я уверен, что никто никакого самолета ему не даст. А если даже он будет ссылаться на то, что там лаборатория… так в Кош-Агаше тоже лаборатория! Пусть там и работает.

Лицо Дегтяревой приняло непреклонно-упрямое выражение. Она замолчала, но в ее глазах я видел прямой упрек – я не хочу отвезти ее к мужу, хоть и обещал. Обещал подать мужа, но не подаю. Сейчас она так и скажет: «Сережа, вы мне обещали!».

– Сережа, но вы же мне обещали!

– Обещал. Но я не обещал попутно погубить массу людей и передать вас в руки разбежавшихся зеков.

Нет, она просто не слышит меня, и все тут. Вообще не слышит. Ее не везут в «Шешнашку», и это все, что она вынесла из нашего разговора. Ее обманули, она пригрела на груди змею в моем лице. А эти то две овцы малолетние чего молчат? Как лаборатории взрывать, так они впереди планеты всей, а теперь что, тоже просто едут к папе, потому что им «обещали»?

– Но он назначил нам встречу у Кирилла! – вновь заявила Дегтярева.

– Когда он ее назначил? – поднял в удивлении брови я. – Когда можно было просто купить билет и ехать! А не когда уцелело меньше… не знаю… четверти от всего человечества. Или десяти процентов. Если бы я назначил вашей дочери свидание на завтра, на предмет пойти в Большой театр, вы бы ее тоже туда отправили? Даже, если бы у меня сохранились билеты, купленные заранее?

Дегтярева лишь плотнее сжала губы и отвернулась.

– Я не хочу к зекам. – неожиданно сказала ей Ксения. – И я не хочу, чтобы погибли люди для того, чтобы отвезти нас в Садов. Из-за меня и так погибли люди уже. Этого достаточно. Сначала они погибли в честь моих политических взглядов, теперь другие люди погибнут, чтобы я попала к папе. Ма, так получается? Чего мы потом захотим, после того, как нас туда довезут?

Слава богу, хоть кто-то понял что-то, из того, что было сказано вслух. Не ожидал, что это будет Ксения, но это даже лучше.

– Мама, ты не должна ехать. – вступила в разговор Аня.

Ну, и ей спасибо. Не хочется мне идти на крайние меры, вываливая правду, но если дело дойдет до того, что «или-или», то вывалю. Не задумываясь. И еще мне кажется, что Дегтярева в глубине души чувствует, где правда. И тем, что она рвется в Горький-16, она пытается эту самую правду преодолеть, изменить.

– Дочь, почему? – поджав губы, повернулась Дегтярева к дочери.

– Потому, что ты будешь мешать. – жестко ответила Аня.