Эпоха мёртвых. Москва

Лёха, не забывая оглядываться назад, туда, куда смотрит Вика, тянет дверь, а мы с Большим одновременно заглядываем внутрь. Ещё один тамбур, точнее даже, небольшой холл, из него три двери, все закрыты. Новенькие такие пластиковые двери, с блестящими поворотными ручками, отражающими зайчики от фонарных лучей. Хорошие, правильные двери, открывающиеся в нашу сторону, то есть подходящие для подсовывания клиньев.

— Нам эта? — спросил я, указывая на дверь слева.

— Она самая, — кивнул Большой.

— Все входим.

Вошли. Тут сразу стрёмный момент случился — нас четверо, три двери с трёх сторон и ещё одна за спиной, куда смотреть, откуда ждать нападения? Лёха с Викой, как и планировали, бросились забивать клинья под «лишние», а мы с Большим, мандража и вздрагивая от каждого удара молотка, ожидая нападения откуда угодно, водили стволами из стороны в сторону. Я даже бормотал про себя: «Быстрее же, быстрее…»"

"Ничего не случилось вроде бы. Снова на пары разбились, снова мы с Большим пошли вперёд. Последняя комната, самая важная, цель похода. Дверь заперта на ключ, но этого мы ожидали, дверь-то дохлая, вскрыть её — никакой проблемы. Открывайся она внутрь, так можно было бы просто пинком, но она наружу, придётся чуть поковыряться монтировкой, которую несёт с собой Большой. Он за это и взялся, пускай старается, раз такой здоровенный.

Треснуло, хрустнуло, дверь распахнулась, Большой отскочил назад, при этом пол ощутимо дрогнул под его тяжестью. Заглянули. Никого, лучи заметались по шкафам и двум ящикам серверов, стоящим прямо на обычных конторских столах. Маленькая комната, ничего в ней нет толком, только компьютеры, два вертящихся стула и столик с электрочайником в углу, возле него банка растворимого кофе, немытая чашка и заплесневелый бутерброд на полиэтиленовом пакете.

— И что теперь? — спросил я.

— Диски должны быть где-то в том шкафу, жена сказала, — пробормотал Большой, указывая пальцем. — В маркированных бумажных конвертах, их около сотни. А потом я жесткие диски из серваков повытаскиваю, и можем валить отсюда. Давайте рюкзаки, короче, там много всего.

— Ага, ну давай, мы тогда прикрываем, — сказал я ему, снимая с плеч и передавая в руки рюкзак, а затем повторил остальным: — Мы на месте уже, прикрываем.

Ни Вика, ни Лёха ничего не ответили, тоже скидывая в это время свои пустые заплечные мешки, и немного раздвинулись, давая мне место в своём ряду. Теперь нам главное — к Большому никого не подпустить, пока он «вещи пакует».

Тот взялся за дело энергично, слышно было, как загремели металлические ящики шкафа. Один, другой, мечущийся там свет фонарика, редкие, но увесистые матюги, когда под руку попадалось не то, что нужно. Потом снова мат, но уже радостный.