Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Может, устроит нам наводнение, ураган, землетрясения? Или разом проснутся все вулканы и дружным салютом проводят наш каменный шарик в преисподнюю?

Нет, это тоже не годится. Тот крохотный обрывок, лоскуток памяти, с трудом зафиксировавший ускользающий прочь тревожный момент, говорил — мы на пути к чему-то куда как более серьезному и неожиданному. И уже не свернуть, как ни пытайся. Остается подождать, насладиться последними счастливыми деньками, оклематься от подобного трансу оцепенения — нашего привычного ежедневного состояния.

Уж простите за такой сумбур, просто тогда, в ту ночь, мысли так и наскакивали друг на друга, смешиваясь, сливаясь в мощные потоки и разбиваясь на тонкие ручейки, чтобы потом снова сойтись и закружиться в мутной воронке.

Я вздохнул. И рассказать-то ведь некому, высмеют, не заметят, прогонят. Никому такие откровения, похожие на обычный бред, не интересны. Тогда я еще раз вздохнул, протяжнее и вдумчивее. Оставалось лишь вернуться в постель, сколько можно стоять и таращиться в окно.

Как ни странно, заснул я быстро и проспал чуть ли не до полудня, на сей раз без каких-либо сновидений. Круговорот в голове утихомирился, и стало спокойно и легко. Проснувшись спустя два часа, я принял ночное видение за неприятный сон, не более того. Только сейчас я понимаю, как ошибался."

"Глава 1. Старые друзья

Шел девятый день моего пребывания на малой родине, куда я не приезжал уже давненько, чуть ли не год. Решение было принято спонтанно, захотелось навестить семью и проведать друзей, как-то сам собой подобрался недорогой и удобный билет, и вот я дома. Тем более что в Польше меня в тот момент ничего не держало. На учебе небольшой перерыв, связанный с майскими праздниками, постоянной работой я пока не обзавелся, а написанный диплом лежит себе на жестком диске, ждет своего часа. Ну, почти написанный.

Как это часто бывает у тех, кто возвращается домой из-за границы после долгой отлучки, первые пару дней меня переполняла эйфория — вот он, родной город, родной дом, плохие дороги и хорошие друзья и, конечно же, родители. С ними всегда так — скучаешь, а потом приезжаешь, проговоришь пару вечеров в семейном кругу, и все, больше и нет поводов соприкоснуться. Для них, наверное, просто важно само осознание факта, что я дома.

Как и все прочие сильные переживания, эйфория не может длиться долго, и где-то на четвертый день пребывания в родных пенатах я вдруг осознал, что мне здесь решительно нечего делать. Но менять билеты на более ранний срок было накладно, а снова просить денег у родителей не хотелось, и я смирился. Чего там, посижу еще несколько дней, на учебе не хватятся — студентам свойственно расслабляться в преддверии лета.