Хеппи-энд для Дездемоны

– Это невозможно!

– Ладно, - зашипела Илона, - не желаешь по-хорошему, получи, что заслужила.

Ника бросила трубку. А ровно через пять минут ей перезвонил мужик и заявил:

– Меня зовут Георгий Константинович Рыбаков. Илона сказала, что вы знаете, где Володя, - устраивали его в колледж и не сказали матери в какой.

– Что же теперь будет? - побледнела Ирина Сергеевна, оценив размер беды.

– Нормально, - дернула шеей Ника. - Решу проблему: куплю новую симку, и никто мне больше не дозвонится.

– Илона твой адрес знает? - заволновалась Ермакова.

– Ага, по прописке, - без тени улыбки отреагировала Терешкина. - И еще номер банковского счета у нее есть.

– Как опрометчиво! Разве можно сообщать о себе столько подробностей? - всплеснула руками Ермакова.

– Ты дура? - ухмыльнулась Ника. - У Илоны только мобильный. Кстати, я представилась ей Верой Ивановной. А вот тебя она видела. Кто переговоры вел? Ирочка! Сечешь фишку? Не дрейфь, прорвемся. Но на всякий случай имей в виду: мы с тобой общаемся только в школе. Ясно?

– Думаешь, нас могут привлечь? - посерела Ермакова.

– За что? - хмыкнула подельница. - Ничего плохого мы не делаем и никаких следов не оставляем.

Ника говорила очень уверенно, и у Ирины Сергеевны отлегло от сердца. Завуч поверила в полнейшую безопасность и успокоилась. А зря. В среду Ника прислала Ермаковой сообщение: «Где всегда».

После уроков Ирина Сергеевна побежала в небольшое кафе. Ника уже ждала компаньоншу в зале.

– Он узнал мое настоящее имя, - с плохо скрытым испугом заявила она.

– Кто? - навострила уши завуч.

– Дед Пихто! - гаркнула Терешкина. И, уже тише, пояснила: - Георгий Константинович. На улице меня поймал, назвал Вероникой. Ваще, блин!

– Что за выражение? - машинально сделала замечание Ирина Сергеевна.

– Ты мне тут училку-то не включай! - пнула ее Ника. - Вот окажешься в милиции, там про Пушкина и расскажешь.

Ермакова чуть не лишилась чувств.

– Нас арестуют?

Ника внезапно обняла коллегу.

– Извини, я перенервничала. Ну вот каким образом он меня вычислил? Ладно, нас бьют, а мы крепчаем. Мне надо исчезнуть.

– Как?

– Совсем! - пожала плечами психолог. - Типа умереть. Тогда Георгий Константинович отвяжется. Главное, грамотно выйти из игры. Решено, я отбрасываю тапки!

– Зачем так сложно? - удивилась Ирина. - Можно просто.

– Как? - уставилась на нее Ника.

– Ну… уехать.

– Куда?

– К морю, в домик.

– Идиотка! - вновь заорала Терешкина. - Ну, блин, дура махровая! Искать же начнут. И ведь отроют, от них на Луне не спрячешься.

– Если ты оставишь мужу и дочери записку, в которой подробно укажешь причину ухода, то шум не поднимется, - менторски заявила Ирина.

Пару секунд Ника сидела, не моргая, потом расхохоталась.

– Ой, кретинка! Знаешь, я ведь в последнее время, глядя на тебя, сомневаться начала.