Извращенные эмоции

Она поцеловала Фабиано в его Мерседесе, прежде чем выйти, и он уехал, коротко помахав мне рукой.

Леона была одета в джинсовые шорты и майку. На улице было уже очень жарко.

— Красивое платье, — сказала она с улыбкой, обнимая меня. Это было одно из моих многочисленных платьев макси. Не знаю, почему я до сих пор не решалась ходить в шортах. Никто из людей Фальконе не двинулся ко мне, даже Нино.

— Благодарю. Мне нравятся твои шорты.

Она оглянулась.

— Кто на страже?

Я фыркнула.

— Адамо. В конце концов, это выходные.

— Мафиози умеют защищать.

— Надеюсь, однажды я смогу защитить себя. У меня был еще один урок с Нино. Я совершенствуюсь.

— Фабиано уже несколько месяцев пытается улучшить мои навыки самообороны, но это такой медленный процесс. И большую часть времени мы целуемся… — она замолчала, ее кожа покраснела.

— Прости. Слишком много информации.

Я улыбнулась.

— Не волнуйся. Я не возражаю. — я вывела ее во внутренний дворик. Большой зонтик затенял мебель гостиной, поэтому мы не пострадали от теплового удара в полуденном солнце. — Я думала, мы можем заказать суши.

— О да. — она подняла сумку. — Я принесла бикини. Будет очень жарко. Я подумала, что мы могли бы поплавать в бассейне позже.

Через полчаса мы уже сидели в шезлонгах, перед нами на столе стояли тарелки с суши.

— Когда ты поняла, что хочешь быть с Фабиано? — спросила я, беря кусочек авокадо маки.

Леона задумалась жуя.

— В физическом смысле или в отношениях?

— В обоих случаях.

— Это был постепенный процесс. Я была увлечена им с самого начала, но также беспокоилась о том, чтобы быть ближе к нему. В конце концов, мое сердце и тело победило рассудок. — она засмеялась.

— Иногда я думаю, каково это быть с Нино, — выпалила я.

Леона положила кусок суши, который собиралась запихнуть в рот, и моргнула.

— Ты еще не была с Нино?"

"Я покраснела. Должна ли я держать это в секрете? Может быть, Нино не хотел, чтобы другие знали, что он не монстр — нет, он не вел себя как монстр. Но мне нужно было поговорить с кем-то об этом, а Джулия больше не была вариантом, потому что теперь я была частью Каморры, а она была частью семьи. Перемирие или нет, семьи были врагами. Наши телефонные звонки были трудной задачей, и рассказать ей о моей повседневной жизни, не раскрывая ей никакой важной информации, я могла сказать, что это было то же самым для нее.

— Нет, я испугалась его в нашу первую брачную ночь, и с тех пор он ничего не предпринимал.

Леона моргнул на меня.

— Вау. Правда?

— Правда. Я сказала ему искать других девушку, если ему нужно удовлетворить свои потребности.

Леона покачала головой, широко раскрыв глаза.

— И тебя это не беспокоит? Меня тошнит от одной мысли, что Фабиано может прикоснуться к другой девушке.

— Вначале не беспокоило.