Эмиль. Мне тебя не вернуть (СИ)

Не знаю, от принятых таблеток или же от усталости. Но уснуть не получается, потому что слышу шепот Эмилии:

— Мамуль, тебе звонят.

Потерев глаза, беру телефон из рук дочери и, приняв звонок, прижимаю к уху.

— Я вас слушаю, — говорю в трубку.

— Думал, не ответишь, — доносится голос отца Глеба. — Спасибо, что не проигнорировала, Арина. Нам нужно поговорить. Это очень важно для меня. Пожалуйста, не руби с плеча. Просто выслушай меня.

— Я считаю, что говорить нам не о чем. Если вы повторите слова моего отца... Это пустая трата времени. Я с вами работать, естественно, не собираюсь. Даже думать об этом смешно, ибо я от вас просто задолбалась и еле избавилась. Теперь я свободна, и мне доставляет удовольствие такая жизнь. Пожалуйста, не нужно меня отвлекать и тревожить. Всего вам хорошего.

— Арина, постой, — слышу вымученный вздох. — Пожалуйста, Арина, очень важно. Дай мне всего лишь десять минут.

Глава 17

Я прикрываю глаза, чувствуя, как вырубаюсь. Дико хочется спать, но в то же время не могу просто взять и послать этого мужика. Дать понять, что я не нуждаюсь в разговоре с ним. Он тупо не уйдет, пока не добьется своего.

— Я тут внизу, у вашего дома. Могу заехать? Я один, если что. Повторяю: всего лишь десять минут.

Встаю с дивана и иду к окну. Знакомая мне машина стоит во дворе, дверь открыта, а рядом стоит Салтыков-старший.

— Поднимайтесь, — говорю, сбрасывая вызов.

Значит, следил и узнал, где я живу. Честно говоря, мне совсем неинтересно, что он скажет, однако этот человек не отстанет от меня, не поговорив. Речь, конечно же, пойдет о Глебе. Будь он проклят и горит в аду!

— Хотел всего лишь попросить, — заговаривает мужчина, едва оказавшись в кухне. Дочка настолько увлечена фильмом, что вряд ли здесь появится. — Мы начали, можно сказать, все с нуля, Арина. Для этого я и твой отец вкладываем все, что у нас есть. Продали все имущество. Стараемся как можем, чтобы вновь подняться на ноги. Глеб, к сожалению, нас сильно подставил. Его глупые поступки...

— Мягко сказано, товарищ Салтыков, — обрываю. — Вам бы высказаться хорошенько. Поверьте, хотя бы чуточку, но легче точно станет. Проверено. Он вас не подставил. Он вообще, можно сказать, вам ничего такого не сделал. Вы подумайте о других, будьте добры! О тех, кому жизнь сломал, хотя те самые его вовсе не трогали! Наоборот, помогали. Я имею в виду себя и Эмиля. Вы и мой отец однажды должны были расплатиться. Я была беременна, если вы забыли! Я ждала двойню и в итоге одного из малышей потеряла по вине вашего долбанутого на всю голову сына. Провели операцию, лежала в больнице! Вам было плевать! Вы очень хотели, прямо мечтали, чтобы я и второго малыша лишилась. В то время меня никто не поддержал! Никто! Вы были на стороне своего сынишки. Думаете, принцип бумеранга — пустые слова? Нет, вы ошибаетесь.