Эмблема с секретом

А с другой стороны, он есть, даже наклонение орбиты известно… Как они все это разузнали, интересно…

Система обнаружения работала в автоматическом режиме, у пультов дежурила бригада операторов в полном, «чрезвычайном» составе.

– Отрабатываем орбиту наклонением 57 градусов! – скомандовал Синицын. – Второй телескоп на ручной режим!

А у него вторая бессонная ночь. Но чем черт не шутит! Он сел за пульт и, хотя глаза слипались, до самого утра скрупулезно просеивал небо, пока по сетчатке не стали ползать серые и черные мухи. Бесполезная трата времени. Пространство глубиной сорок тысяч километров, бездна. С таким же успехом можно искать в океане оброненную запонку… Хотя движение запонки, идущей ко дну, описывается куда более простыми параметрами, чем движение спутника. Да и никакой океан не сравнится по размеру с космосом, пусть даже ограниченным гравитационным полем Земли."

"Он вышел из пультовой, сел на скамейку под навесом, закурил.

Опять утро. Начинало светать. В Ходжарках, Каришах и других горных кишлаках, расположенных ниже по склону Санглокских гор, еще темно, в домах жгут свет. Здесь же, на самой верхотуре, солнце уже поливает комплекс косыми лучами, как снайпер, притаившийся за черной восточной грядой.

«Интересно, есть ли в Каришах электричество? – лениво подумал Синицын. – Или там до сих пор жгут допотопные керосиновые лампы?»

Сто процентов за лампы. Хотя и двадцать первый век, и все такое… Высокоточные астрономические установки, напичканные новейшей электроникой, одной ногой в космосе, можно сказать… А тут – керосиновые лампы. Экономика. Никто не станет тащить в горы линии электропередачи! Или не экономика, а дикость?

– Ну что, Синицын? Чем порадуешь?

Темная фигура на фоне восходящего солнца. Синицын вздрогнул и в первое мгновение едва не выронил окурок. Но это оказался всего лишь Гнетов.

– Автоматика новых объектов не обнаружила!

Капитан встал с места.

– Поиск в ручном режиме результатов не дал. Необходимы более точные координаты!

Как ни странно, Гнетов не стал орать и размахивать руками. Он молчал, что-то соображая. Наверное, протрезвел и понимал, что криком спутник не запеленгуешь. Надо докладывать обстановку в Москву, запрашивать дополнительные параметры. Но где они их возьмут?!

– А чего тогда ты здесь сидишь, прохлаждаешься? – недовольно спросил он. – Почему не за пультом?

– Остохренело потому что! – неожиданно для себя сказал Синицын чистую правду.

– Что?!

– Рапорт подаю. На перевод или на увольнение – мне все равно!

Он не собирался этого говорить, а сейчас сказал и почувствовал облегчение.

– Вот так, значит? Крысы бегут с корабля?

– Крысы как раз остаются.

– Ну-ну…

Гнетов шумно прочистил горло и сплюнул под ноги.

– Ну смотри, Синицын.