Идеальная Эльза

 – Кстати, – уже от самого порога спросил он, – это вы передали Стефану Коху нож?

– Какой нож? – удивилась мадам Дюваль и, кажется, была искренна в эту минуту.

– Малышка Эльза Лоттар была ангелом во плоти, – садовник Фридрих говорил, не переставая плести из тонких веток корзину. Кристиан нашел его в покосившемся сарайчике, примыкавшем к кухне. – Я сам отвел ее к этому Гё – смотрел, как она, храбрая девочка, идет в сумерках к его дому. Потом места себе не находил – страшно подумать, что мог сделать одинокий вдовец с юной сироткой. Но Эльза вернулась на следующее утро, чтобы продолжить учебу, и мне стало куда спокойнее. Сколько лет я вижу, как девочки из этого приюта попадают прямо на улицу, а все не привыкну. А она вроде ничего. Выбилась в люди.

– Вы никогда прежде не видели этот нож? – спросил Кристиан, достав из кармана детскую игрушку Эльзы.

Фридрих, прищурив подслеповатые глаза, долго читал надпись на рукоятке.

– Я забрал его у Эльзы, когда она была еще маленькой, – растерянно сказал он, – чтобы она никого не порезала. У меня целый сундук подобного барахла – всякое детишки мастерят: кто рогатки, а кто и чего похуже. Дважды я находил у них настоящие револьверы – где только находят их, черти. А этот ножичек месяц или два назад купил у меня жених Эльзы. Хотел сделать ей подарок.

– Жених Эльзы? – изумился Кристиан.

– Такой франт, – Фридрих аж раздулся от гордости, будто говорил о собственном женихе. – Лощеный, как и вы. Запонки с бриллиантами, а обувь начищена так, что в них отражалось небо. Явно при деньгах.

– Он так и сказал – хочу нож Эльзы Лоттар?

– Вроде спрашивал любую вещицу из ее детства. Странный ты парень, сказал я ему. Разве о таком детстве захочется вспоминать? Но богатые – они все с причудами. Дал мне пять гульденов.

– Как он выглядел?

– Обыкновенно. Гвоздикой от него воняло знатно.

– И глупые бакенбарды? – угрюмо спросил Кристиан.

– Вроде и бакенбарды имелись, – важно подтвердил Фридрих."

"Стефан Кох курил гвоздичные сигары, носил запонки с бриллиантами и натирал до блеска свою обувь.

Да они все сговорились, чтобы испортить Кристиану жизнь.

– А вы помните другого воспитанника этого приюта? Он жил здесь тридцать лет назад. Маттиас Вайс.

– Ах, этот, – Фридрих сразу помрачнел, а прут в его огромных лапах сломался. – Дрянной мальчишка, украл у меня новые башмаки. Они ему даже не впору были – он их подвесил на дереве и измазал дегтем. Я его поймал и выпорол, а он подсыпал мне крысиного яда в суп. Чуть богу душу не отдал. Я валялся на больничной койке, когда этого гаденыша решила взять себе богатенькая семья, не то обязательно бы предупредил, чтобы не брали такой гнилой товарец. Теперь, наверное, как сыр в масле катается, если не прирезал своих новеньких родственников во сне.