Элоиза, дочь короля

И уже было шагнула в сторону входной двери, как её окликнули:

— Дочь моя, мы пойдём другим путём, — Папа подошёл к противоположной от камина стене, сдвинул вниз висевший на ней бронзовый подсвечник, и тут же с лёгким щелчком часть стены отъехала в сторону, открывая тайный проход.

Не став ждать, пока принцесса к нему подойдёт, он шагнул в зияющий чёрный провал. Элизабет колебалась всего секунду, бросила взгляд на входную дверь, за которой оставила своих гвардейцев, подумала секунду и решилась. Иннокентия она догнала, когда тот уже спустился по лестнице на один пролёт.

Тот посмотрел на неё насмешливо и сказал:

— Нам стоит доверять друг другу, иначе не стоило и начинать.

Элизабет тут же ответила:

— Я вам полностью доверяю, Ваше Святейшество! Я оправила платье, вот и задержалась, — и глазом не моргнув, солгала она.

Иннокентий просто кивнул и, освещая себе путь факелом продолжил спуск вниз.

— Мы идём в подземные этажи церкви, — приступил он к неспешному рассказу, — это святая святых инквизиции. Пару лет назад на одного из нас снизошло божественное откровение.

Сказав это, Иннокентий Третий смолк, видать вспоминая о произошедшем.

— Ваше Святейшество, — окликнула его Элизабет, зябко поведя хрупкими плечами: от стен веяло ледяным холодом, и она ощущала себя всё более неуютно, в глубине души сожалея о том, что не взяла с собой охрану.

— Ах, прости, дитя моё, задумался, — Иннокентий сделал вид, что смутился, — так вот. Озарение заключалось вот в чём: если колдуны и ведьмы — зло, то можно ли их обратить в истинную веру? И чтобы подобное можно было сотворить ему была дарована очень необычная способность… Ты сейчас увидишь результат работы отца Валентия.

Последнее предложение Папа договорил, уже подходя к плотно прикрытой, внушительных размеров двери.

— Отворись, Именем Господа! — громко и чётко проговорил он.

Секунда и дверь совершенно бесшумно открылась.

— Не отставай, — предупредил принцессу священник и шагнул в ярко освещённый множеством горящих на стенах факелов, коридор.

Элизабет чувствовала что-то странное. Ей совершенно не нравилось то место, куда её привели. Интуиция подсказывала, что здесь творятся страшные дела."

"Пройдя короткий коридор они шагнули в огромную рукотворную пещеру, всё пространство которой было заставлено железными грубо сделанными клетками, они висели даже на потолке, подвешенные на тяжёлые цепи.

В каждой клети на холодном полу неподвижно сидели люди, и пустым взглядом смотрели прямо перед собой. Мужчины и женщины все приблизительно одного возраста от восемнадцати — до двадцати-двадцати пяти лет.

— Это колдуны и колдуньи, — пояснил Иннокентий Третий, — их души сейчас проходят очищение.