Скиф-Эллин

Ночной налет разозлил его. Утром в Галикарнас передали его требование: сдаться или завтра утром армия пойдет на штурм — и оставшиеся в живых позавидуют мертвым. Галикарнасцы пообещали обсудить предложение на агоре и до утра дать ответ.

Я в это время отсыпался после ночной вылазки. Две амфоры с оливковым маслом мы оставили для себя, а остальные вместе со стрелами продали Стесимброту, который сопровождал македонскую армию и в этом походе. Я посоветовал фасосскому купцу продать товар побыстрее, потому что завтра, самое позднее послезавтра, цены при любом решении галикарнасцев будут другие, скорее всего, намного ниже. Стесимброт последовал моему совету — и не прогадал. Вечером в Галикарнасе начались пожары — горели арсеналы. Это греки-наемники, уходя, уничтожали все, что не смогли увезти. Уплыли они на триерах на остров Кос, чтобы оттуда наблюдать триумф македонской армии. Не все. Часть гарнизона вместе с командиром Оронтобатом закрылась в нижнем акрополе, откуда в любой момент могла сбежать на триерах, присланных с Коса.

Ночью в Галикарнас вошла македонская пехота. Наемникам заходить не разрешили. Впрочем, никто из нас особого желания не изъявлял, потому что поступил приказ убивать только поджигателей, остальных не трогать и никого не грабить. Не знаю, умеет ли македонская пехота воевать, не грабя, но у моих бессов, как и у остальных наемников, такой приказ вызывал когнитивный диссонанс или, выражаясь просто, вгонял в непонятное. Нижний акрополь обложили плотно со стороны суши, пожары до утра потушили. Вместе с арсеналами сгорело и несколько соседних строений, из-за чего горожане слали проклятия в сторону острова Кос.

Утром в город торжественно въехал Александр Македонский в сопровождении Ады, «приемной матери» и новой-старой правительницы сатрапии Кария. Горожане встречали его радостными криками. Уверен, что точно так же они приветствовали Мнемнона. Людям, по большому счету, плевать, кто ими правит, лишь бы не убивал и не повышал налоги. Кто сильнее, тот пусть и властвует. Тем более, что сатрапом будет Ада, которую они знают. Устройство державы Ахеменидов таково, а Александр, как я понял, менять его не собирается, что сатрап — правитель с практически неограниченными правами вплоть до чеканки собственной монеты. Все его обязанности перед царем царей — собирать налоги, отдавая часть наверх, содержать на оставшиеся деньги крепости и их гарнизоны в надлежащем состоянии и в случае войны созывать в поход и возглавлять владельцев «наделов коня» и «наделов лука».

Наемники продолжали нести службу за пределами крепостных стен, даже командиров не пускали в город. Так что прогуляться по будущему Бодруму, сравнить, что будет, с тем, что сейчас, мне не довелось.