Элли и Звери

Хотя, стоп. Ты меня вообще не воспитывала! Ну вот и нечего тогда…

На постели я оказываюсь одна.

Падаю на предплечья, смотрю на парней. Из одежды на мне только трусики остались, а потому возбуждение не скроешь. Соски торчат остро, губы подрагивают. И теперь, в мягком уютном свете, я могу, наконец, рассмотреть свое сегодняшнее приключение.

Да, парни хороши. Они и по одному-то конфетки. А уж вдвоем…

Широкоплечие, подкачанные, но не массивные, больше поджарые, как молодые волки. И зубы скалят так же. Даже не по-волчьи, нет. Что-то из семейства кошачьих.

И рычат… Или это дышат так, с рычанием. И глазами меня жрут. Имеют уже по-полной. Они полуголые, только на одном джинсы, а на втором – мотоциклетные штаны. Уже расстегнутые мной.

И вот теперь они, не отрывая от меня взглядов своих, еще тогда на гонке поразивших своей тягучей, расплавленной патокой, начинают раздеваться.

А я смотрю. Бесстыдно изучаю. И черт… Они везде хороши! И вообще не пугает, что сегодня у меня все будет в двойном объеме. Это хороший объем, правильный.

- Защита, мальчики, - хриплю я, отчего-то чувствуя себя хозяйкой положения. И один из них тут же поднимает джинсы с пола и достает ворох цветных квадратиков.

Ого! Подготовились!

А потом я уже не могу командовать, потому что парни одновременно наклоняются и скользят ко мне, огромными хищными кошаками.

И черт! Я захлебываюсь воздухом сразу, как только они касаются меня! Сразу! Потому что все раскалено, оказывается, и я давно готова, и остается только выгибаться послушной куклой, успевать-не успевать отвечать на поцелуи, трогать, трогать, трогать, гладить, прикусывать, облизывать, а они такие вкусные, боже мой, такие резкие, такие одинаково-разные!

И настолько всего много, настолько всего через грань, что я кончаю сразу, от первого проникновения.

Один из братьев входит сзади, приподняв мою ногу, пока второй жарко дышит на сморщенные острые вершины сосков, и ловит мой мутный, бешеный взгляд.

И это так неожиданно, то, как реагирует мое тело, даже для меня неожиданно.

- Рома, брат, аккуратней, - командует тот, что лежит передо мной, но Рома не слушается.

Он, жестко прихватив меня за горло, начинает двигаться с такой силой, прямо через спазмы удовольствия, прошивающие мое тело до сих пор, что я, кажется, кончаю второй раз.

Или не кончаю?

Или это один, бесконечно длящийся оргазм? Не знаю. Не испытывала я такого никогда, не могу сказать.

Я задыхаюсь, раскрываю рот, смотрю , не отрываясь, в чернущие глаза Димы, внимательно наблюдающего за нами, и схожу с ума.

Низ живота скручивает очередным спазмом удовольствия, и я кричу. Вернее, пытаюсь кричать, не получается, выходит только хрип, а потом и он прекращается, потому что Дима меня целует.