Элита

Надеюсь, что ад существует, и для Дениса Морозова черти приготовили особенно горячий котёл.

— Большое спасибо, — Каролина улыбается, когда я опускаю перед ней тарелку с рыбой.

Я улыбаюсь в ответ. Я проспала весь день и так и не успела поблагодарить Каролину за то, что была рядом и сообщила Леону о моём странном поведении на вечеринке. Нужно будет это исправить.

— Лия, — предупредительно шипит мама, проходящая мимо с графином свежевыжатого сока.

Я знаю, чем она недовольна. Я обслужила Каролину раньше Леона, тогда как тарелки следует расставлять по старшинству. Сказав, что так вышло случайно, я бы соврала. Я намеренно откладывала момент сближения с Леоном просто потому… мне неловко. Стоило завидеть его, сидящего за столом, сердце бешено заколотилось, и ладони вспотели. Короче, стало некомфортно.

Наклонившись, я опускаю перед ним тарелку. Моя рука ненароком касается его плеча — случайность, от которой вспыхивает кожа. Вдыхаю — становится ещё хуже. Запах его кожи и туалетной воды щекочет низ живота.

— Спасибо, — он поднимает голову, чтобы встретиться со мной взглядом, и сразу отворачивается.

— Пожалуйста, — бормочу я, чувствуя, как теплеют щёки.

Состояние, в котором я плохо владею эмоциями и телом, мне не по душе. Вчера в утреннем обилии мыслей о Леоне и непроходящем возбуждении я винила подмешанный наркотик, но нынешние трепет и смущение в его присутствии не поддаются объяснению.

Каролина щебечет о праздновании предстоящего дня рождения. Вилен Константинович интересуется, где она планирует праздновать и что хотела бы получить в подарок. Я немного завидую этому теплу между отцом и дочерью. С папой у меня были прекрасные отношения, гораздо ближе, чем с мамой, но он никогда не задавал мне подобных вопросов. И дело не только в деньгах, а в том, что в нашей семье так не было заведено. На день рождения родители всегда дарили мне одно и то же: подарочный набор шампуней из супермаркета и коробку конфет.

Не дожидаясь, пока я подойду, Леон наливает воду в стакан. Сначала себе, затем отцу. Я заворожённо смотрю, как напрягаются мышцы его рук под рубашкой. Смотрю так долго, что если бы мама заметила — провалилась бы сквозь землю от стыда.

Леон поднимает взгляд, ловит мой. Почувствовав себя полной идиоткой, я подхватываю первый попавшийся стакан и водружаю его на поднос, имитируя глубокую занятость.

— Ты сегодня встречаешься с Эльвирой? — разносится над столом голос хозяина дома.

От этого вопроса, адресованного даже не мне, в груди неприятно ёкает — что тоже мне жутко не нравится. У Леона есть рыбина-невеста, я всегда это знала. Встречается он с ней сегодня или нет — меня никак не касается.

— Она с подругами. Скорее всего, встретимся завтра.

— Приходите на ужин вместе. Давно не виделись.