Выжившая из Ходо. Эльфийский турнир

После этого он нехотя поднялся, выбрался из моих объятий, спрыгнул с постели и сел у ног Стэндиша. Я торопливо сунула руку под себя и со стоном перекатилась на живот. Затем повернула голову набок и сердито посмотрела на мужчин одним глазом.

Они переглянулись. Тьен не сводил с меня взгляда. После этого Стэндиш обратился к орденцу:

— Вы можете отправляться спать, господин Аккеро. Я сам разберусь со своей ученицей.

— Не думаю, что это хорошая идея, – холодно ответил следователь.

Я быстро оценила обстановку и поддержала охотника:

— Да, мы сами разберемся. Эльфы ничего не заметят. А если заметят, спишут все на Тьена.

Стэндиш тоже мог задать массу неудобных вопросов, но почему-то доверяла я ему больше, чем Аккеро. Представителю ордена Святого Альбана я и так была слишком многое должна. Не хотелось быть обязанной ему еще чем-то.

Наверное, он и сам это понял. На лице Аккеро на мгновение проступила досада, но он быстро справился с собой. Следователь сурово взглянул на Стэндиша и заявил:

— Тогда решите эту проблему как-то. Вы не хуже меня должны знать, что если хотя бы одна живая душа узнает об ее даре, разговаривать никто не будет. Убьют на месте.

А после этого он снял заклинание, отсекающее звуки, развернулся и ушел. Стэндиш парой ленивых пассов выплел свое и опустился на край моей постели. Я невольно отодвинулась. Святой миролюбиво спросил:

— Что ты хочешь сделать?

Поколебавшись, я призналась:

— Что-то вроде амулета.

— Почему сейчас?

— Потом будет поздно.

Вдаваться в подробности своей магии я не стала. Стэндиша это устроило. Он медленно кивнул и поманил к себе Тьена. Пес послушно приблизился. Охотник коснулся крупного треугольного камня на его ошейнике, и я отчетливее ощутила демоническую природу своего четвероногого друга.

— Спишешь все на Тьена, – повторил Святой. – Делай что нужно."

"С этими словами он погасил магический светлячок и ушел. Заклинание, отсекающее звуки, осталось куполом висеть над моей кроватью.

Тьен вспрыгнул ко мне на постель, и я с удовольствием вдохнула его запах. Демоны чаще всего пахли пеплом, углем или серой. Но от шкуры Тьена шел аромат осени – он пах сырой землей, мокрой листвой и свежестью. Вокруг меня витала его темная энергия, и это странно успокаивало. Я снова сунула руку с зажатым в ней осколком кости ему под бок и тут же провалилась в сон.

Как и ожидалось, эльфы заметили. После завтрака к Стэндишу подошел Ян-Лин. Он мрачно покосился на пса и попросил:

— Рэйман, мы ценим твои былые заслуги и разрешаем тебе таскать с собой ручного демона. Но будь так добр, держи его в узде. В комнату же зайти невозможно.

Затем он повернулся ко мне.