Элемента.T

Шикарный бежевый костюм, синяя рубашка, подчёркивающая цвет его глаз, и запонка, сверкнувшая на рукаве, когда небрежным жестом он зачесал светлые вьющиеся волосы назад со лба, делали его похожими скорее на лондонского денди, чем на греческого бога. Он словно хотел произвести на неё впечатление. И ему удалось.

— Мы вроде в твоём храме, — ответила она. — Хотя, признаюсь, встретить его владельца и не мечтала.

— Тебе больше не положено мечтать, — ответил он вдруг резко и холодно. — Ты теперь рабыня древних богов и заложница своих способностей. Это же они тебе помогли?

Вики едва сдержалась, чтобы судорожно не сглотнуть, словно ей на шею снова набросили удавку. Да, теперь она знала всё, что с ней произошло и да, это были древние боги.

— Тебя это расстроило? — удивилась она.

— Расстроило? Я был зол даже сильнее, чем, когда мой отец приказал вырезать ребёнка и сделать тебя пророчицей насильно.

— Твой отец? — она растерянно хлопала ресницами.

— Да, дорогая, да. Мой отец, он же Зевс, он же глава вашего Совета Старейшин. Ты нужна ему, чтобы открыть Предел. Он до сих пор мечтает о мировом господстве. И, видимо, очень сильно устал ждать, когда ты там, наконец, решишься.

— Но я не смогу открыть предел, — растерялась Вики. — Его закрыл Армариус, он пожертвовал собой, чтобы запереть их в этом замке.

— Тссс! — он приложил палец к губам. — Но он-то этого не знает. Он считает, что это в твоей власти, и ему плевать на этих юных богов, воскрешения которых все так ждут. И у меня был просто идеальный план как его перехитрить. У меня даже была Пророчица, если бы ты не вмешалась.

— Я не просила этой участи, Аполлон!

Он сморщился.

— Пеон, пожалуйста! Оставь этого Аполлона мифологам. Когда вмешались древние боги, ты должна была отказаться.

— Я понятия не имела кто они. И ты не поверишь, я отказывалась.

Она не понимала, почему перед ним оправдывается, но, видимо, он был единственным, кто мог её понять.

— Как-то неубедительно, — скривился он.

— А, кстати, кто они? Эти старцы с длинными волосами?

И воспоминания о том дне, когда она так и не смогла расстегнуть эту пряжку, упрямо полезли в голову.

Они появились из ниоткуда как белые тени. Их было так много, они рассматривали её и перешёптывались. И ей казалось, что это шелестят деревья за окном и они ей мерещатся. Но потом они предложили ей помощь, разрешили ей оставить ребёнка, потому что её путь сомнений и страданий и стал её истинным испытанием. И она прошла его, и в их власти даровать ей силу. Двенадцать пар рук на её теле, слова, произнесённые на древнем языке, и всё чего она не знала и забыла — всё это вернулось к ней болью, страхом, стыдом, разочарованием, сожалением, раскаяньем. А потом наполнило её до краёв новым знанием, знанием будущего, которое доступно ей одной, и новыми возможностями.