Князья Эльдорадо

Кошкин его дружески охолаживал:

– Окстись, граф, давай лучше выпьем.

На что получал возмущенный ответ:

– Ты меня споить хочешь?!

Однако сноровисто подставлял бокал.

Амстердам встретил друзей на удивление хорошей и ясной погодой – стояло натуральное теплое лето. Весть о прибытии эскадры мигом облетела город, и вскоре на пирсе собралась огромная толпа встречающих. Усевшись в поданный экипаж, графы в сопровождении охраны и тсонга отправились в усадьбу. Экипажи посменно получали увольнительную на берег.

Жены встретили морпехов на крыльце особняка. Анна держала на руках малыша. Встреча получилась радостной и сумбурной. Пары разошлись в разные крылья дома и собрались вместе лишь на следующий день за праздничным столом.

Позже, когда улеглись страсти встречи, друзья сидели в летней беседке и прикидывали кое-чего к носу – планировали свои шаги в будущем.

Неожиданно в саду объявилась делегация тсонга, весь десяток. Подойдя к беседке, рухнули на колени, уткнувшись лбами в траву. Морпехи ошалело посмотрели друг на друга.

– Что случилось, парни? Быстро встали и объяснились! Уно, мы ждем.

Тсонга нехотя поднялись, вперед выступил Уно, подталкиваемый соплеменниками.

– Хозяева, не велите казнить, дозвольте слово молвить.

Друзья после такого вступления вообще выпали в осадок.

Кошкин не выдержал:

– Ты чего, Уно, белены объелся? Чай, не при дворе царя Михаила Федоровича находишься. Говори кратко и по существу.

Уно поясно поклонился и выдал:

– Хозяева, дозвольте с вами остаться, не хотим мы в Африке жить.

– Это по какой такой причине вы от родины отказываетесь? – встрял Мачо.

Тут тсонга загомонили все, устроили галдеж.

– А ну цыц, замолкли, – рявкнул Кошкин. – Говори по одному.

Из толпы вышел плечистый негр с забавным именем. Вообще-то его звали Мона, а родного брата – Нуна, но ехидный Юсупов сразу их окрестил как Можно и Нужно, и тсонго охотно отзывались на новые имена.

– Хозяева, на кой хрен нам эта Африка? Ой, извините.

– Ничего, продолжай.

– А я и говорю, чо мы там делать будем среди диких черномазых аборигенов? Мы же со скуки помрем, к тому же половина наших здесь обзавелись семьями. Уже дети пошли, – и негритос осклабился на все тридцать два зуба.

Морпехи, выслушав эту тираду, покатились со смеху. Тсонго охотно поддержали. Договорились, что в Африку они поплывут, но только в гости – родных проведать, себя показать. Тем более Кошкин с Юсуповым обещали их правителю вернуть тсонга на родину.

На пятый день отдыха за общим завтраком Мачо отчебучил номер, а день так хорошо начинался. Громом среди ясного неба прозвучало заявление о намерении Юсупова после плавания в Южную Африку отправиться в Перу за золотом инков.