Экзотеррика

Заметив, что фрегат очистился от пыльной пелены, «дракон» метнул к нему десятикилометровый сгусток пыли в форме змея.

– Эрг? – позвал Бугров.

– Подключаю резерв, – ответил компьютер. – Ещё минута!

– У нас нет минуты!

– Рискуем схлопнуться в…

– Врубай КГГ!

Потемнело в глазах: Эрг включил режим КГГ.

Аббревиатура слов «куда глаза глядят» говорила сама за себя, хотя иногда космолётчики называли этот аварийный стелс-старт корабля «прыжком на все четыре стороны», ибо ВСП-генератор не выбирал вектор прыжка. В нынешних условиях риск раствориться в пространстве без следа был чрезвычайно велик, однако у Бугрова тоже не было выбора. Мерзкое гипнотическое дыхание нано-Вестника уже давило на волю людей, грозя подчинить их в любой момент.

«Дерзкий» не прыгнул – буквально свалился в «дыру струны», образовавшую спонтанно выбранный трек, и выскочил из неё через мгновение всего в километре от половинки «Великолепного».

За это время в положении всех участников битвы ничего особенно не изменилось.

«Дракон» поглотил Мурекса, продолжая вытягиваться из атмосферы Пушистой змеиным туловищем.

По всему району битвы носились «пиявки» – разведчики нано-Вестника, и не было им числа.

– Рудольф? – выговорил Бугров севшим голосом, дыша как рыба, вытащенная на берег.

Маккена не ответил.

Но «Ра» находился где-то рядом, потому что в гигантском «черепе дьявола», обнявшем Мурекс, вдруг возник провал: вся центральная часть «черепа» исчезла, будто из неё мгновенно откачали всю пыль, до молекулы, до атома!

– «Нульхлоп»! – выдохнул Альберт.

– «Нихиль»! – поправила его Фьоретта. – Они запустили в облако компакт-мину!

– Ох и рисковый парень! – восхитился навигатор.

Бугров его понял. Чтобы воспользоваться миной, в фокусе взрыва которой мгновенно происходил распад материи (без нагрева и взрыва), нужно было подобраться к цели как можно ближе, так как «нихиль» не имел собственного двигателя. Да и какой двигатель нужен мине, ждущей в засаде появления врага. Однако Маккена сделал это!

Но это было ещё не всё. Через пару секунд в пыльном «черепе» пушистинского Вестника возник стокилометровой длины и десятикилометрового диаметра «сталактит».

– Что он делает?! – изумлённо воскликнул навигатор.

– «Ра» ударил из «замерзателя»! – догадалась Фьоретта.

Словно осознав, что противник располагает оружием, не уступавшим его собственному, пушистинский Вестник попятился. Во всяком случае, так можно было объяснить его движение.

«Череп» вывернулся наизнанку, освобождая моллюскообразную нимфианскую «машину судного дня», кольцом стёк к хвосту «змея», и начал уползать в атмосферу Пушистой.