Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Дега! Вот сучонок! Надо было его собственными кишками удавить!

Заставив себя позабыть про терзавшую тело боль, я сбежал в катакомбы и привалился к неровной стене на перекрестье двух ходов. Заметил отблески фонаря в одном из них и по колено в воде побрел в противоположном направлении.

Дотла выгоревшая за время схватки скверна обернулась усталостью, ноги и руки дрожали, в голове стоял звон. Но это нормально – когда тебя бьют по голове, такое в порядке вещей. Куда больше пугала неправильность ситуации сама по себе.

За последние годы я привык к определенному статусу, мне всегда было куда отступить, на кого положиться. А сейчас? Подручных вырезали, самого гонят, будто дикого зверя и всех перспектив – либо заживо сгнить в монастыре, либо сдохнуть на потеху толпе с петлей на шее.

Бесов праздник!

Я выругался, сообразил, что вслух разговариваю сам с собой, и замолчал. Уровень воды понемногу повышался и доходил теперь уже до середины бедра. В паре мест я проваливался по грудь, но продолжал брести, внимательно оглядывая стены в поисках знакомого прохода.

Канализация Акраи – это целый город: не зная ориентиров, по катакомбам можно бродить не один день, но зато и отыскать там человека под силу разве что армейской бригаде. Только вот скрываться внизу от преследования – последнее дело. Слишком сыро и холодно. Не отыщут, сам заживо сгниешь.

Некоторые и сгнивали. Заблудиться-то проще простого…

Но тут на глаза попалась сломанная решетка, и я с облегчением перевел дух. Начал подниматься по лестнице и быстро отступил к стене, заслышав чьи-то шаги. Пустое – вот уже мелькнул оранжевый отблеск, и, прежде чем удалось отыскать хоть какое-то укрытие, меня высветил яркий фонарь.

– Хмурый! – выдохнул я, разглядев поднявшего его над головой человека.

– Что случилось?! – охнул головорез.

– Надо убираться отсюда, – заковылял я к нему. – Нас накрыли. Идем!

– Но как?

– Зашли через катакомбы.

– Гадство! – выругался Хмурый и без неуместных сейчас расспросов поспешил вслед за мной.

Еще бы не поспешил! Пусть Акулья пасть тот еще гадюшник, но, если стражникам хватит ума блокировать ближайшие спуски в канализацию, наверх придется выбираться совсем уж окольными путями.

– Ты как здесь очутился? – обернулся я к головорезу.

– На пути из дворца местные перехватили, сказали, что дом обложили, – сообщил Хмурый. – Ждал-ждал вас на условном месте, не дождался и решил проверить.

– А местные не сказали, кто нас прижал? – спросил я тогда. – У штурмовиков какие-то банты фиолетовые на руках повязаны были. А кто такие – непонятно.

– Не фиолетовые, – поправил меня головорез, – пурпурные.

Пурпурные!

Щелк! И будто мозаика сложилась.