Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Несколько дамочек упали в обморок, кавалеры бросились приводить их в чувство, а самые слабонервные пустились наутек по специально оставленным проходам. Но большинство зевак не сдвинулись с места и, затаив дыхание, наблюдали за неуверенно взбиравшимся по лестнице одержимым.

Точнее, бывшим одержимым. Избавившийся от поработившего душу беса несчастный повалился в ноги Изгоняющему и принялся со слезами на глазах целовать полу его хламиды.

Все, занавес.

Нисколько больше не интересуясь происходящим, я жестом велел Марку Тарнье продолжить наблюдение за набившимися в шатер зрителями, а сам стал проталкиваться к выходу, где пара городских стражников теснила на улицу циркового старшину. Тот возмущался, махал руками и кричал, но силы были неравны, и вскоре старого пройдоху без лишних церемоний выпихнули за полог."

"Я выскочил следом и с безопасного расстояния начал наблюдать за окружившими циркача парнями в кирасах, морионах и мундирах сине-зеленой расцветки. Точнее даже не за вооруженными алебардами и кошкодерами бугаями, а за внешне ничем не примечательным мужичонкой, от которого на деле исходила основная опасность.

– Ну и что же тут у нас происходит? – лениво спросил чиновник. – Что вы тут устроили, а?

– Дак как же ж! Дак разве ж? – Циркач моментально успокоился и вытащил из-за пазухи свернутый несколько раз лист бумаги. – Вот же ж, написано черным по белому: разрешаем показ представления «Святой Николас изгоняет бесов». Вот же ж и отметки о согласовании! От магистрата, от канцелярии монастыря Всех Святых, от…

– Ну-ка дай. – Проверяющий выдернул потертую на сгибах бумагу, пробежался по ней взглядом и ухмыльнулся: – А зрителям вы сообщали, что это всего лишь представление? Где на афишах такое указано?

– Дак это ж такой же ж творческий замысел! – начал было старшина, но глянул в равнодушные глаза чиновника и вздохнул: – Не пройдет?

– Не-а, – мотнул тот головой.

– Простите нас на первый раз! – взмолился циркач. – Простите неразумных! Мы же ж не со зла, а исключительно по скудоумию!

Чиновник с брезгливой гримасой взвесил в руке сунутый ему кошель и сменил гнев на милость:

– Выношу на первый раз предупреждение! И зарубите на носу – теперь я с вас глаз не спущу!

И он в сопровождении гоготавших стражников отправился по своим делам. Цирковой старшина подошел ко мне и поморщился:

– Вот же ж кровопийца!

– Много дал?

– Да нет, мастер Глум, отобьется. Чего там…

Мастер Глум – это я. Сержио Глум – разорившийся антрепренер, вместе с остатками труппы примкнувший к вольной цирковой артели.

Конспирация…

Я хлопнул старого пройдоху по плечу и нырнул в шатер, где собрались участники представления.