Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Я ничего не ответил, прошелся вокруг Петера и уточнил:

– Ты сосуд, но ведь это не все?

Сосудами еретики называли несчастных, чьи души вмещали в себя потустороннюю силу, вытягиваемую из прихожан во время церковных служб. Такие люди были при всех храмах Единения, но большинство из них погибли во время войны – отдавая скверну Высшим, они всякий раз теряли и часть собственных жизней.

Только вот сосуды наполнялись клириками еретического культа, а Ковач…

Не понимаю.

– Да пошли вы! – неожиданно выругался Петер и сплюнул себе под ноги. – Ничего не скажу!

Я жестом велел экзорцисту обойти парня со спины и положил ладонь на голову бесноватого. Положил – и едва успел осадить нечистых, устремившихся в него, будто в Бездну. Невероятно, но вычищенная моим прикосновением душа Петера уже успела подернуться невесть откуда взявшейся скверной. Словно Ковач неведомым образом оказался связан с потусторонним.

Словно? Да нет – так и есть!

Вот ведь!

Теперь ясно, зачем парень понадобился Лансу – если кто-то из Высших пережил войну и гонения, то неиссякаемый источник скверны придется ему весьма кстати.

Бесов праздник!

– Делайте со мной что хотите! – заорал Петер. – Да я такое пережил, что вам и не снилось!

– И ты больше не боишься смерти? Не ты ли пять минут назад плакал и молил о пощаде?

– Да что вы знаете о смерти? Ничего вы не знаете! – выкрикнул парень прямо мне в лицо.

Я совершенно спокойно вытер со щеки брызги слюны и печально улыбнулся:

– Видишь ли, Петер, мы для тебя страшнее простых убийц. Много, много страшнее. Смерть – это то, что случается один раз, а у нас ты станешь умирать, полагаю, каждую декаду. Да – ты станешь корчиться в агонии всякий раз, когда экзорцисты будут выжигать из тебя скверну.

– Вам меня не запугать, – уже не столь уверенно заявил Ковач.

– В самом деле? Меня бы такая перспектива напугала до жути.

– Ты не экзорцист! Мне известно, кто ты такой на самом деле!

– Я не экзорцист, это верно. Я всего лишь официал ордена. – Вид серебряного перстня вогнал бесноватого в ступор. – А брат-экзорцист стоит у тебя за спиной.

– Это все обман! Обман, обман, обман! – зажмурился Петер. – Вы просто чудовище!

– Сейчас я чудовище на службе Церкви, а это многое меняет. И, если ты не согласишься с нами сотрудничать, нам придется тебя арестовать. А это, поверь, не в твоих интересах.

– Арестовать – за что? – презрительно скривился Ковач.

– За что? Дай подумать… Быть может, за совращение благородной девицы, старшей дочери некоего маркиза…

– Нет! – Ковач рванулся ко мне, но экзорцист усадил его обратно на стул. – Не впутывайте ее в это! – взмолился Петер. – Не надо, прошу вас, пощадите…

– Тебе стоило подумать об этом раньше.