Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

 – Для высшего существа это просто ничего не значащие слова!

– Но сейчас-то ты залез в тело не столь возвышенного создания, – зло ухмыльнулся я. – И пусть тебе смешны человеческие чувства, но попробуй за раз пережить то, что оставляло шрамы на моей шкуре последнюю дюжину лет! Да, события – шлак, но эмоции, чувства… И даже не пытайся спрятаться от них в своей пресловутой пустоте. Не забывай: теперь ты в моем теле, бес!..

Бес промолчал. Начал ли он понимать, что выбрал не ту жертву?

Очень на это надеюсь. Очень. Ведь ничего другого больше не остается…

Глава 2

Граф. Будни дворцовой охранки

Месяц Святого Огюста Зодчего

Рауль Доминик Мор, граф Луринга, вот уже третью декаду кряду пребывал в сквернейшем расположении духа. Точнее сказать, граф хандрил. И это было весьма непривычное для него ощущение – раньше даже неудачи на любовном фронте не могли выбить юношу из колеи. Напротив, такого рода неурядицы забывались им уже на следующий день: третий сын герцога Мора пользовался неизменным успехом у женщин. Да что там неудачный флирт! Обычно угрозы прознавшего об очередной дуэли отца лишить непутевого отпрыска наследства и те не могли всерьез пронять молодого повесу. Но вот сейчас… сейчас граф ощущал себя посаженным на цепь дворовым псом.

Весь абсурд ситуации заключался в том, что Рауль уже и не помнил, какая именно его выходка заставила герцога всерьез взяться за наставление младшего сына на путь истинный. Но и тогда все представлялось графу в розовом свете: хорошая должность в дворцовой охране, непременные балы, веселые пирушки с сослуживцами, ни к чему не обязывающие интрижки с придворными красавицами…

А на деле что?

Напиться за те самые три декады удалось только раз, да и то с горя и в одиночку. На балы и прочие гулянки элементарно не оставалось времени, а столичные вертихвостки вовсе не спешили падать в объятия какого-то старшего охранника.

Да, герцог Мор сыграл с «любимым» сыночком злую шутку, устроив его в дворцовую охранку не заместителем начальника, как обещал, а чуть ли не обычным стражником. Пусть не навсегда, пусть только на первые полгода, но Рауля такая несправедливость доводила до белого каления. Самое большее, что ему светило в ближайшее время, – это должность начальника караула в какой-нибудь второстепенной загородной резиденции, имевшей лишь чисто номинальное отношение ко дворцу.

Рауль представил, сколько еще мучений ему предстоит вынести, и едва сдержал горестный вздох. Но – сдержал. Пускать к себе в душу сослуживцев граф не собирался. Да и с чего он вообще решил, что благородные господа, люди его круга, снизойдут до столь презренного занятия? Чем охранник – даром, что дворцовый, – лучше того же шпика или дознавателя? Это же не лейб-гвардия и не личная стража его величества.