Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Карл Вадер приставил к горлу священника нож и толкнул его вслед за мной.

Я прошел в небольшую комнатку и сразу почувствовал рассеянную в воздухе потустороннюю силу. Но в первую очередь мое внимание привлек прикованный к каменной плите мужчина. Заросший длинной щетиной, исхудалый и осунувшийся и вместе с тем переполненный скверной.

– Это еще кто?

– Это и есть сосуд, – пояснил сотник.

– Сосуд, полный скверны. – Меня аж передернуло от отвращения. – Но я не чую в нем беса!

– Никакого беса, – усмехнулся Густав. – Чистая, ничем не замутненная сила. И ее вполне хватит, чтобы перебросить нас в Пригге.

Он положил ладони на плечи прикованного к камню мужчины, и тот вдруг пронзительно вскрикнул. Адепт Единения рванул на помощь, но острое лезвие приставленного к горлу ножа рассекло кожу, и он замер на месте. По шее у священника заструилась тоненькая струйка крови, а вцепившийся ему свободной рукой в волосы Карл Вадер даже не переменился в лице.

Крик прикованного к каменной плите мужчины постепенно перешел в едва различимый стон, глаза его ввалились, а поседевшие волосы начали выпадать целыми клочьями. Но что самое главное – потусторонней силы в нем теперь не было вовсе.

– Себастьян, – повернулся ко мне сотник, зрачки которого, как и утром, затянула чернильная пелена. – Зови всех…

– Тебе точно не нужна помощь?

Я на всякий случай нащупал теплую рукоять спрятанного под одеждой серпа. Пальцы уже привычно свела короткая судорога, и оживившиеся из-за разлившейся в воздухе скверны бесы вмиг забились в самый глухой закуток души."

"– Нет! – яростно замотал головой зажмурившийся Густав Сирлин, а когда он вновь посмотрел на меня, от затопившей его глаза тьмы не осталось и следа. – Живее всех сюда!

– А прихожане?

– Пока они решатся отпереть входную дверь, нас здесь уже не будет. Или предлагаешь их всех зарезать?

– Ты уверен?

– Успеем! Иди!

– Ну, как скажешь… – Я выглянул из алтаря и помахал рукой преспокойно сидевшему на скамье в первом ряду Ричарду: – Общий сбор!

– Не доверяешь? – усмехнулся сотник.

– Работа такая, – обернулся я к нему. – Мы точно все здесь уместимся?

– Легко.

На самом деле, чтобы собраться всем в алтаре, пришлось потесниться. И просто набиться в комнатку оказалось делом не из легких, так еще Густав велел всем взяться за руки.

– Хороводы водить будем? – пошутил Ловкач, но никто даже не улыбнулся.

Бородачи принялись бубнить какую-то молитву, и от их невнятного бормотания по спине побежали колючие мурашки.

– Сектанты… – прошептал мне на ухо стоявший рядом Пьер. – Зря связались…

– Тише ты! – шикнул я на него, вполне разделяя, впрочем, эти сомнения. Мало нам одних еретиков!

– Искореним ересь… – Подручные Густава никак не унимались, и в ушах зазвенело от их криков.