Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

– А если Высший другой дорогой поедет?

– Значит, мы останемся в дураках.

– Я серьезно.

– Можно подумать, я шутки шучу.

– Что делать-то будем?

– Отправимся вдогонку, – пожал я плечами. – А вообще, такого просто не может быть.

– Почему?

– Ну, он же не сам по себе в путь отправится. Наверняка с ним какие-нибудь армейские части перебрасывать будут.

– И что с того?

– Думаешь, еретики по стране разъезжают, как им вздумается? Нет, все маршруты и сроки заранее согласовываются.

– Хочешь сказать, кто-то нам эту информацию продал?

– Продал? Скорее, не в деньгах дело. Хотя кто его знает…

– Дождь кончился. – Эдвард высунул руку на улицу, поморщился и вытер ладонь о штанину. – Почти.

– Ерунда.

– Дождь – ерунда. Но если оконце кареты не рассадят…

– Отправимся следом, только и всего… – попытался приободрить Эдварда я.

– А в Ольнас нам зачем?

– Ну, в Довласе же два Высших, разве нет?"

"– Стрела-то в любом случае у нас только одна. – Лучник вдруг привстал и подозвал меня к окну: – Смотри!

– Вот оно как… – хмыкнул я. У ворот постоялого двора переминался с ноги на ногу тот самый парень, который вчера вечером обвинил Ловкача в шулерской игре. Он, похоже, здесь в каждой бочке затычка. – Приготовься…

– Успею, – буркнул Эдвард и оказался прав: первые отряды еретиков показались только через полчаса.

Сначала проскакал разъезд легкой кавалерии, затем потянулась длинная змея месивших ботинками грязь пехотинцев. И только потом в поселок въехала карета в сопровождении полудюжины верховых.

– Вот и все. Час истины… – нервно потер руки Эдвард Рох, вытащил из тула стрелу и наложил ее на тетиву. – За каретой обоз…

– Обоз – не страшно. Что хулиган?

Ответом мне послужил донесшийся с улицы звон разбитого стекла, крики разъяренной охраны и конское ржание. Эдвард выпрямился, одним плавным движением натянул тетиву и тут же разжал пальцы. А потом как ни в чем не бывало положил лук на подоконник и зашагал на выход.

– Живее!

Я подтолкнул его в спину, и мы бросились бежать по коридору. Ворвались в комнату Ловкача, схватили заранее собранные мешки с вещами и подскочили к окну. Мошенник выкинул на улицу моток бельевой веревки, взобрался на подоконник и скрылся из виду. Эдвард без колебаний последовал за ним, я тоже медлить не стал. Обхватил ногами веревку и, притравливая ее защищенными кожаными перчатками руками, заскользил вниз.

Ловкач к этому времени уже перебрался во двор харчевни, я подсадил лучника, а затем и сам, подпрыгнув, перевалился через изгородь.

– Эй, вы чего это? – подскочил к нам явно встревоженный начавшимся на улице переполохом какой-то прилично одетый господин.