Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

 – Рауль махнул на закрепленные на крыше кареты мешки и повернулся к Эдварду: – У тебя, надеюсь, никаких душевных травм вид оружия не вызывает?

– Нет. – Рох повертел в руках короткий пехотный меч. – Но с луком я лучше управляюсь.

– Будет тебе лук. Вот приедем, и сразу будет. – Луринга похлопал парня по плечу, отошел ко мне и вытащил из своего дорожного саквояжа какой-то сверток. – Держи.

– Это еще что? – Я развернул тряпицу и даже присвистнул от удивления. В свертке оказался серп. Серебряный серп экзорцистов. Настоящий. Полированное серебро, черные письмена на лезвии, на рукояти дубовые накладки. – Как раздобыл?

– Это еще не все, – усмехнулся граф.

Я взял серп в руку и почувствовал, как ладонь охватило легкое жжение.

– Не может быть! Святые мощи?!

– В рукояти фаланга большого пальца Огюста Зодчего. Такчто поаккуратней с ним. Семейная реликвия как-никак.

– Само собой. – Я вновь завернул оружие в тряпицу и уточнил: – Нам, кстати, долго ехать еще?

– Нервничаешь?

– Есть немного.

– К вечеру в окрестностях Ронева будем. – Рауль огляделся по сторонам и понизил голос: – Да ты расслабься, толстяка местные профукали.

– Отпустили? – обмер я. – Как так?

– А не было у них приказа задержать его, вот и отпустили. Бумаги-то в порядке.

– Бесов праздник!

– Обоз липового купца в Довлас направлялся, Паре сейчас тамошнюю агентуру на уши ставит.

– По идее, нам тоже туда двигать надо, – нахмурился я.

– Коменданту башку оторвем, – оскалился Рауль, – и сразу в Магрев. А там видно будет."

"– Поехали, что ли? – окликнул нас Пьер и одернул выбранный для поездки полевой мундир лейб-егеря со споротыми эмблемами. – Опять дождь собирается.

– Поехали, – глянул на небо граф и прищурился, когда из-за облака выглянуло тусклое осеннее солнце. – Поехали!

И в самом деле, давно уже пора в путь отправляться. Пусть погода здесь и не такая паскудная, как в прибрежных районах Стильга, но осень есть осень. И темнеет рано, и дождик время от времени моросить принимается. Дороги так и вовсе ни к бесу. Плохие в Марне дороги, не чета нашим. Так что лучше время не терять попусту, а то, как вчера, в чистом поле ночевать придется.

– Едет кто-то, – насторожился вдруг Ловкач.

– Пьер, арбалет взведи, – распорядился Рауль. – Эдвард, Якоб – живо в карету.

– Армейский разъезд вроде, – приметил я мундиры на приближавшихся всадниках. Было их никак не меньше дюжины, но нам-то опасаться военных не приходилось. Да с такими бумагами они нас еще и проводят.

– Ну вот, я же говорил… – горестно вздохнул Пьер и велел своим парням тоже укрыться в карете и без приказа носа наружу не казать.

Правильно, и так на работников с большой дороги здорово смахиваем. А если еще и эти с арбалетами…

– Да успокойся ты, – усмехнулся Луринга.