Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Рауль не отрывал взгляда от своей спутницы, она отвечала ему взаимностью, и как эта парочка умудрилась ни разу не споткнуться, осталось для меня загадкой. Где-то поодаль скользили тени сопровождавших нас лучниц, но и они не нарушали тишину утреннего леса. И от этой неестественной тишины порой становилось просто жутко.

Хоть воздух за ночь и посвежел, холодно в новой куртке не было, мокасины ступали по тропинке совершенно бесшумно, а вот под сапогами Рауля то и дело шуршала листва и хрустели сухие ветки. Впрочем, какая разница? В этом лесу нам ничего не грозило. А дальше…

Маисовое поле замаячило меж поредевших деревьев как-то неожиданно быстро. Вчера водили кругами? Или просто ночная дорога столь бесконечно длинной показалась? Все может быть.

Пока граф прощался со своей пассией, я нашел давешнюю сухую сосну, отсчитал от нее на рассвет нужное количество шагов и с облегчением нашарил взглядом нетронутый дерн. Душевные терзания – это, без сомнения, серьезно, но и возможная потеря головы в случае возвращения из экспедиции с пустыми руками изрядно действовала на нервы. А тут наконечники, вот они – целехонькие. И пусть тьма опять взвилась черным пламенем, справиться с ее натиском оказалось куда проще, чем вчера. Великое дело – привычка…

– Себастьян! – окликнул меня граф и зашагал по опушке в противоположную от лагеря сторону. – Догоняй!

– Рауль, надо уносить отсюда ноги. – Я поспешил нагнать Лурингу и насторожился, заслышав донесшийся откуда-то издалека крик. – Если нас запрут в долине, нам с острова не выбраться…

– Нет! – обернулся резко остановившийся граф. – Я говорил со старейшинами и обещал им помощь! Мы не можем оставить в беде беззащитных женщин! Мы обязаны окончательно выкорчевать тьму!

– Нам нельзя терять время, – возразил я. – Главное мы уже сделали!

И в самом деле, новые ростки чуть ли не на глазах проклевывались через покрывавший землю слой опавших листьев и хвои. Подлесок заметно окреп и за ночь успел захватить часть маисового поля. Казалось, лес последние годы копил силы и теперь, сорвавшись с цепи, перешел в наступление.

– Вздор! – рявкнул граф. – Наш долг…

Дальше я слушать не стал. Легонько ткнул сложенными в щепоть пальцами Рауля в основание черепа; не дав упасть на землю, подхватил под мышки моментально обмякшее тело и коротко свистнул. Свист затерялся в листве, но вскоре крики разыскивавших нас солдат начали приближаться, и я засвистел снова.

– Что с ним? – бросился к лежавшему на земле графу выскочивший из леса несколько минут спустя Джед.

– Перегрелся, – усмехнулся я, подхватил мешок и приказал настороженно озиравшимся по сторонам пехотинцам: – Хватайте его и возвращаемся в лагерь. Надо убираться с этого острова.