Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Судя по всему, пока он валялся опоенный сонным зельем, его вывезли из города, а значит, если пообещают отпустить, наверняка зарежут и выкинут из фургона.

– Неужели ты хочешь нас покинуть? – захлопала ресницами Золи.

– Ну уж нет, так легко ты не отделаешься, – на этот раз Джанго не обратил на выходку девушки никакого внимания, – поедешь с нами и укажешь этого вербовщика. А теперь говори, где его искать. Если так и будем плестись за этими шакалами, госпожу нам не спасти.

– У вербовщика дела в Довласе. – Якоб Ланц испытал немалое облегчение от того, что расправа откладывается.

– Где именно?

– В Ольнасе.

– Если ты соврал, пожалеешь. – Главарь вытащил из кармана плоскую фляжку, скрутил колпачок и заставил Ловкача сделать глоток сонного зелья. – А теперь приятных снов…

Большую часть дороги до Ольнаса Ловкач проспал. Несколько раз за день его выводили справить естественные надобности, каждый вечер плотно, хотя и не очень сытно, кормили и сразу же накачивали сонным зельем. И только после того, как фургон пересек границу Довласа, Джанго изменил заведенный распорядок.

Небезосновательно рассчитывавший, что за время пути им удалось сократить отставание от похитителя, главарь велел Якобу лезть на козлы и приглядываться к направлявшимся в Ольнас повозкам. А чтобы у Ловкача не возникло соблазна сделать ноги, кроме возницы рядом с ним постоянно находился поигрывавший кинжалом Лука. И при взгляде на пацана, горевшего желанием загнать ему меж ребер выщербленный клинок, Ланц и в самом деле гнал мысли о побеге прочь.

К Ольнасу фургон подъехал ранним утром, и как обычно сидевший на козлах Ловкач удивленно присвистнул при виде окружавшей город стены, по верху которой трепетали желто-зеленые знамена. Высоченные крепостные сооружения, узкие бойницы слегка выдвинутых в заполненный водой ров башен. Подъемный мост. И на два полета стрелы от города – никаких построек. Скособоченные домишки безымянного поселка начинали жаться друг к другу уже дальше."

"– Чего вылупился? – толкнул мошенника Джанго, уплативший наряженным в желто-зеленые мундиры стражникам пошлину за въезд фургона серебряными монетами тирошской чеканки. – Не на то смотришь…

– Да бесполезно смотреть уже, – буркнул Ловкач и отвел взгляд от растянутого прямо над воротами полотнища с гербом Довласа: поднявшим коня на дыбы латником с черным крестом на щите. – В городе он уже, без вариантов.

– Ну и как его искать теперь? – забравшись в фургон, выругался седой. – Как, я тебя спрашиваю?

– Найдем, – поморщился Якоб Ланц, которому и без того было тошно. Выискались на его голову… спасители. – Корса опережает нас на день. Край – на два. На постоялом дворе он останавливаться не рискнет: если пленники поднимут шум, будут проблемы со Стражей.