Экзамен по любви, развод не предлагать

Надолго ли? Не важно.

— Ты его вообще ни разу не брал, — напомнила Настасья.

***

Влас с интересом смотрел на здание, в котором, по словам сестры, располагалась мастерская Радмилы.

И вот здесь у Тихоновского все же появились сомнения.

Сооружение выглядело странно. Ясно, что помещение довольно старое. Надо бы проверить его наличие в реестре памятников архитектуры. У Тихоновского возникла парочка вопросов. Если здание ценное, почему не было достойного ухода? И даже если администрация города или же компетентный орган не выделяли бюджет, куда же смотрел Филатов? Денег у мужика хватит, чтобы отгрохать ремонт, и чтобы дочка не ютилась в доме, где вот-вот рухнут стены.

Выходит, либо это действительно совпадение, и существует две Радмилы. Либо Филатов тот еще жмот и гондон, пожалел средства на увлечение дочери.

— Внутри там гораздо прикольнее, — Настасья пихнула брата локтем в бок, — там классно. Радмила говорила, что ремонт она делает. Вот, окна заменили.

— То есть, было еще хуже?

— Хватит занудствовать, — отмахнулась девочка, — фасад недавно красили. Ну да, общая картинка напрягает. Но внутри клево. Винтажно очень.

— Ну пойдем, посмотрим, — пожал плечом Тихоновский.

Настя вприпрыжку приблизилась к деревянным дверям. Они массивные и добротные. При более детальном рассмотрении показались даже безопасными. Ну хоть что-то.

Сестренка безошибочно отыскала неприметный звонок, нажала кнопку.

— Только я тебя очень прошу, братишка, — Настя сложила ладони и взглянула на брата умоляюще: — пожалуйста, не придирайся к Раде. Она очень хорошая. Правда!

— Я буду паинькой, — пообещал Влас.

— Сделаю вид, что поверила, — показала язык Настя.

За дверью послышался шум. В замочной скважине провернулся ключ и дверь распахнулась.

— Привет! — радостно воскликнула Настя.

— Привет! — в тон ей ответила хозяйка мастерской.

— Привет! — произнес Тихоновский.

— Ничего, что я с братом? У него выходной. Подвезет нас, куда нужно, — продолжала сестренка, проходя вглубь помещения.

Влас с трудом сохранял серьезность и невозмутимость."

"Радмила, мягко говоря, была ошарашена. Распахнув глаза, смотрела на Тихоновского так, словно не понимала, что он делает здесь, на пороге ее владений.

— Кстати, знакомьтесь, — щебетала сестренка, — это мой старший брат Влас, я тебе о нем рассказывала. Влас, а это Радмила.

— А мы знакомы, да, Рада?

— В первый раз вас вижу, — отмерла девчонка, еще и вздернула упрямо подбородок.

— Вруша, — улыбнулся Тихоновский, — Настасья, а ты не подождешь нас в машине? Мне надо кое-что сказать Радмиле.

— Разумеется, нет, — хором возразили девчонки.

— Ну что ж…, — Влас задумчиво склонил голову набок, не сводя взгляда с возмущенного личика Радмилы, — я хотел, как лучше. Но, видимо, придется так.