Экзамен по любви, развод не предлагать

Воспоминания о хреновой стряпне Филатовой еще были очень свежи.

— Непременно, — кивнул Тихоновский.

Пробок не было. Дорога домой показалась слишком короткой. Или Власу просто было над чем поразмыслить, потому время пролетело быстро."

"Рада Филатова — дерзкая девчонка. Очень красивая. И настолько же вредная. И с ней ни капли не скучно. Власу вообще казалось, что общение с Радмилой превращает его в другого человека. Не настолько циничного, наверное.

— Настасья, ты почему не спишь? — Влас увидел входящий вызов и тут же ответил сестре.

— Тебя жду, — раздалось в ответ. — Ты скоро? Предупреждаю, я съела твой пирог.

— Как-нибудь переживу, — усмехнулся Тихоновский.

Он уже парковал автомобиль на своем привычном месте, под окнами. Увидел сестру, взмахнул рукой. Настя помахала в ответ.

— Кстати, а мне звонила моя Рада. Помнишь, я тебе о ней рассказывала? Завтра поеду выбирать с ней ткань. Можно? — радостно говорила сестренка.

— Можно, — кивнул Тихоновский. — И куда поедете? Давай я вас подвезу?

— Ты? Реально? У тебя же каждая минута расписана! — удивилась Настасья.

— Выкрою для тебя пару часов, — возразил Влас.

Настасья была безмерно рада. Однако Тихоновский не торопился рассказывать сестре о том, что у него есть и свои интерес в этой поездке.

Почему-то Тиха даже не сомневался в том, что Рада-швея и его Рада-студентка — одна и та же девушка. Заодно и выяснит этот момент.

Хорошо бы, чтобы все совпало вот так. У Тихоновского возникло иррациональное желание, чтобы сестре понравилась его новая девушка.

— Новая девушка? — негромко сам себе задал вопрос Влас.

Странно звучит, да. Но они целовались. И Тихоновский не планирует останавливаться на том, что было. Выходит, так и есть. Радмила Филатова — его девушка. По крайней мере, будет ею.

ГЛАВА 6

— Ты чего? Ты еще спишь?! — громкий возглас сестры заставил Тихоновского перекатиться со спины на бок.

Просыпаться абсолютно не хотелось. Влас и не помнил, когда вот так крепко спал в последний раз. Вот уже лет пятнадцать мужчина вставал едва ли не с первыми лучами солнца. А сегодня даже не услышал будильника.

И сны у Тихоновского были такими, что следовало бы свалить под ледяной душ.

И подтверждение тому — утренний «стояк».

— Скройся, Настасья Тарасовна! — буркнул Тихоновский.

Рановато младшей сестренке видеть мужскую физиологию, пусть и прикрытую одеялом.

— Ты на работу опоздал! Заболел, братик? — поинтересовалась Настасья.

— Имею право прогулять, — буркнул Тиха.

— Не похоже не тебя, — покачала головой сестренка, — неужели влюбился?

— Кыш отсюда! — шикнул Влас. — Что у тебя за мысли?

— Ну а что такого? Если ты здоров, а все равно валяешься в кровати, — размышляла Настя, — значит, влюбился. Ура-ура! Пойду расскажу Марфе Васильевне.