Экзамен по любви, развод не предлагать

— А знаете, что, ребятушки, — улыбался Егор, чем все сильнее выводил Тихоновского из себя. — А поедем вместе? У меня вся ложа выкуплена.

— Вашей предусмотрительности, Егор Арсеньевич, не перестаю удивляться, — с сарказмом подметил Влас.

— Я серьезно, — Егор полез в карман за своим телефоном, — закажем ужин прямо там. Посмотрим классную игру. Рада прекрасно проведет время в новом коллективе.

Тихоновский взглянул на девушку, которая пыталась убрать следы недавнего погрома. Почти все кофейные чашки, стоявшие рядом с кофемашиной, оказались разбиты. Судя по закушенной губе и виноватому взору, девушка расстроилась.

Да и хрен с этими чашками. Завтра курьер привезет новые.

— Филатова, ты что думаешь на этот счет? — выдал Влас, чем удивил даже самого себя.

— А мне нужно еще раз пересдавать экзамен? Тройка — окончательная отметка? — хмуро уточнила девушка.

— Ты что, поставил девочке трояк? Ну ты изверг! — возмутился Симаков и ловко оттеснил Власа плечом, сам же приблизился к Радмиле. — Я не раз говорил, что в тихом омуте черти водятся. Вот и наш Тиха развел всякую живность. Не обращай на него внимания, Радмила. Ничего, что я на «ты»?

— Ничего, Егор Арсеньевич, — пожала плечом Радмила.

— Вот и славно, — Симаков заулыбался еще шире, — встречаемся в холле через десять минут, да? А посуду утром уборщица уберет, не волнуйся.

— Не стоит, я и сама справлюсь, — возразила Радмила. — Я ведь все это разбила.

— А я тебя напугал, из-за меня и разбила, — подмигнул Егор.

Тихоновский молча вышел из комнаты. От приторно-слащавого общения Рады с Симаковым его начинало мутить.

— Твою ж…! — не сдержался Влас, поскользнувшись на мокром полу. Выходит, в некоторых разбитых чашках все же были жидкость, на которую Тихоновский наступил и благополучно поскользнулся.

Падать в тридцать пять, да еще в присутствии хорошенькой девушки — то еще удовольствие. Влас всеми силами пытался избежать падения, но не сумел.

Мужчина успел сгруппироваться, чтобы не получить удар затылком о мраморный пол, который становится дико скользким во время влажной уборки.

— А я давно предлагал сделать ремонт здесь, — вдохнул Егор. — Ты там как? Не ушибся?

Влас лежал и смотрел в потолок. Мелькнула здравая мысль, что мог угодить и в осколки разбитых чашек. Но его пронесло. Спиной он чувствовал, как пролитая жидкость пропитывает одежду.

Кроме самолюбия и рубашки ничего не пострадало.

— Вы в порядке? — участливо поинтересовалась Радмила.

Тихоновский переключил внимание на лицо девушки, склонившейся над ним.

Кажется, у Власа сотрясение. Иначе почему ему стало вдруг казаться, что Радмила Филатова — необычной привлекательная девушка? Впрочем, и до падения он это рассмотрел.

— Ужин заказываю я, — вместо ответа выдвинул условия Тихоновский.