Эквей. Второй шанс

Он сделал шаг, а я в ответ лишь скрестила руки на груди и ещё выше задрала подбородок. Высокий, зараза синеглазая, может на стульчик залезть, чтобы перестать себя чувствовать букашкой? Вдруг, Князь, как и наш земной медведь, никогда не нападающий на объект, который выше его ростом. А то он воспринимает меня, как вредную пигалицу размером с обезьянку, которая фыркает и ворчит где-то в районе пупка, естественно в своих фырканьях я буду неубедительна. Но, представив эту картину, я так развеселилась, что не сдержала тихого смешка.

— Что же вас так рассмешило, мисс Бишоп?

— Ничего. Вам показалось.

Кто же знал, что у Князя такая богатая фантазия, и она повернёт совсем в иное русло.

— Может, вы решили, что о личном я буду с вами не разговаривать, а так сказать, действовать?

Вот не знаю, какой реакции эквейт от меня добивался, произнося эту двусмысленную фразу, но получил уж точно не то, на что рассчитывал. Я взглянула на него, как на умственно отсталого. Вроде правитель целой планеты, взрослый мужчина, а такие глупости говорит.

— Ну что вы, Ваше Высочество, я не мыслю мелкими категориями, и даже учитывая мою авантюрную натуру, ни за что не ввязалась бы в столь сомнительное приключение.

— Знаете, у меня такое ощущение, что вы меня сейчас в вежливой форме оскорбили, — хмыкнул тот, в точности повторяя моё движение, то есть скрестил руки на груди.

— А разве можно вежливо оскорбить? — и глазками захлопала.

Иногда очень полезно притвориться глупой блондинкой. Сомневаюсь, что мне поверят, но была ни была.

— В дипломатии этот метод довольно часто используется. Особенно в этом преуспели дипломаты с Альянса. Те так могут завуалировано оскорбить, что ты стоишь, обтекаешь фекалиями, а во рту у тебя остаётся ароматное ягодное послевкусие. А вот что касается жизни… до этого момента я искренне считал, что нет.

— Опыт полезная штука, каким бы он ни был, — философски ответила ему я и грустно вздохнула.

Долго он ещё будет меня тут удерживать? Я спать хочу. Завтра тяжёлый день, надо будет вести трудную беседу с Паолой. Да, беседа действительно будет серьёзной. Как объяснить всё ребёнку и не травмировать при этом её психику? Проблема. Я с собственной дочерью найти язык не могу, а тут придётся вправлять мозги постороннему ребёнку."

"— Мисс Бишоп, как часто вас мучают головные боли? — вдруг спросил меня эквейт, всё это время буквально буравя меня взглядом.

От неожиданности вопроса, меня, аж, тряхануло, и чуть ему всю правду не сболтнула. Но в последний момент удержалась и нейтрально ответила:

— Как и у всех, бывает иногда. А в чём, собственно, дело?

Что ты знаешь, Князь? Ведь не просто так спрашиваешь. Уверена, мои медицинские документы ты просматривал. Но там не было ничего такого, что могло насторожить.