Экстрим на сером волке

* * *Охранник, стоявший у шлагбаума при въезде в «Ниву», молча выслушал мою гневную речь, потом ответил:

— Мимо нас мышь не проскочит, посторонних не пускаем. Я всех торможу, на номер машины смотрю и разрешаю проезд согласно заказанному из коттеджа пропуску.

— Но в саду Адашевой кто-то разгуливал! Вот сумочка.

— Не знаю, — отбил мяч секьюрити, — за жильцами я не слежу, тут семьдесят девять домов. Мало ли кто чем занимается! Могут и по чужим участкам шастать.

Решив не сдаваться, я села в «Пежо» и медленно объехала поселок. Знаете, что я выяснила? Да, у официального въезда стоит будка с огромным амбалом, но со стороны леса нет никакой охраны. В одном месте забор разобран, и в глубь массива деревьев тянется достаточно широкая, хорошо утрамбованная дорога, по которой способен пройти не только пешеход, но и проехать мотоцикл и не слишком большой автомобиль.

Мой «Пежо», имей он чуть более высокую посадку, элементарно покатит по «шоссе».

Выяснив это, я снова подъехала к секьюрити и сердито сказала:

— Со стороны леса можно беспрепятственно попасть в «Ниву». Неужели никто до сих пор не сообщил вам про сломанный забор?

Парень надулся:

— Мое дело маленькое, ведено тут дежурить. Ежели кто чего нарушил, топайте к председателю. Задняя ограда не мой объект!

— Ладно, — кивнула я, — вы правы. С какой стати вам беспокоиться о том, что не записано в служебной инструкции? Скажите, о несчастье с Софьей Адашевой вы слышали?

Охранник кивнул:

— Милиция приезжала, ясное дело, народ гудит.

Плохо ей на дороге стало, прямо на шоссе померла. Во до чего деньги доводят. Нет уж, лучше маленькая зарплата, да сам живой!

— Знаете место, где Соня скончалась?

— А вам зачем? — подозрительно насупился юноша."

"— Примерно час назад мы с Катей, дочерью Сони, — терпеливо объяснила я, — проехали мимо вас.

Девочка высунулась в окно и сказала: «Еду домой».

И вы открыли шлагбаум.

— Правильно поступил, — залопотал охранник. — Катю я хорошо знаю, она здесь постоянно проживает…

— Вы бдительный и хороший служащий, — улыбнулась я, — никаких претензий к вам у меня нет, просто хотела объяснить: я близкая родственница Кати, она теперь будет жить у нас, в Ложкине. А о месте, где случилось несчастье с Соней, я спрашиваю потому, что хочу повесить там на дереве венок. Знаете, традиция такая есть.

— А-а-а, — протянул парень, — тут близко, полкилометра не будет. Второй поворот, у оврага громадная береза стоит, там все и случилось.

Я доехала до места, постояла на дороге, спустилась в овраг, увидела тропинку и пошла по ней, светя перед собой фонарем, который на всякий пожарный случай всегда вожу в багажнике.

Извилистая дорожка бежала между деревьями, потом она резко свернула влево и уперлась в утрамбованный проселок. Я присела на пенек. Так.