Экстрим на сером волке

Значит, и правда Марина шарила в спальнях, небось из чистого любопытства, только она ни за какие коврижки не сознается в содеянном.

— Давайте дружить, — предложила наглая Марина, — можно приезжать к вам в гости?

— Мы сейчас отправляемся в Париж, — залепетала я, — надолго. Потом, когда вернемся.., как-нибудь… если время позволит.., через год…

Надо бы ответить честно:

— Мне неприятно это общение, больше не звони нам и не приезжай."

"Но трудно сказать в лицо человеку такую фразу, вот я и блеяла что-то невразумительное. Правда, Марина поняла меня правильно, нас она не навещает, чему все очень рады.

Вспоминать о девице неприятно не только мне, мы предпочитаем не обсуждать поведение Марины. Недавно, правда, Аркадий вдруг сказал:

— Любой человек, наверное, хочет быть счастлив.

Вот и старается!

— Каждый кузнец своего счастья, — машинально ответила я, — кстати, эта поговорка есть во многих языках, у французов она звучит…

— Ты, Кеша, о ком говоришь? — перебила меня Маня.

— О Марине, — вздохнул Аркадий, — она ведь хотела, наверное, стать счастливой.

— Ну ты даешь, — возмутилась Маня, — хорошенькое понятие о счастье! Извести другого человека!

Дегтярев отложил газету в сторону.

— Кузнечик своего счастья, — сказал он.

Я вздрогнула.

— Что?

— Ну бывают кузнецы своего счастья, а бывают кузнечики, — изрек полковник и вновь уткнулся в заинтересовавшую его статью.

Не знаю почему, но после этих слов мы больше никогда не заговаривали о девушке. Как ни странно, но мне, с одной стороны, жаль ее, а с другой, очень неприятно вспоминать милую, умеющую печь восхитительные торты Марину.

Квартира Фимы досталась Леониду, парню больше не придется ночевать на площади. Надеюсь, он использует данный судьбой шанс, выучится на водителя, найдет хорошую работу, женится и будет счастлив.

Мы живем по-прежнему, дети работают и учатся.

Дегтярев пытается искоренить преступность. Виктор иногда приходит к нам в гости. Кстати, Катя недавно проговорилась, что у него роман с Соней.

— Может, мама выйдет замуж, — сказала девочка, — похоже, он хороший и Зифу любит.

Я улыбнулась. Ну, если Виктор пришелся по сердцу шпицу, то дело в шляпе. Впрочем, собаки не носят головных уборов, я ни разу не видела Зифу в кепке, панамке, платке или цилиндре и очень удивилась бы, встретив шпица в тюбетейке. Ну а теперь о говорящих мышах. Помните Агату в розовом полотенце? Сидела на рукомойнике, просила карамельки. После того случая я несколько раз пыталась поговорить с грызуном, давала ей конфеты, но Агата не желала беседовать.

Вот и сегодня, поняв, что дома никого нет, я взяла шоколадку и пошла к клетке.

— Эй, Агата…

Молчание. Может, мышке не понравилось фамильярное обращение?

— Агаточка, сделайте одолжение, скушайте шоколадку.