Экстрим на сером волке

— Удивительное везение, — закивала я.

Щеки Яны Валерьевны разъехались в разные стороны, скорей всего, она заулыбалась.

— Вот и хорошо, — кивнула Темкина, — надеюсь, вы понимаете, что гонорар профессора отличается от вознаграждения полуграмотной особы, которую увольняют за несоответствие занимаемой должности?

— Сколько? — деловито поинтересовалась я.

Названная сумма оказалась в пять раз выше той, что берет Настя, но мне требовалось расположить к себе Темкину, поэтому я не стала восклицать в негодовании: «С ума сойти!»

Нет, я кивнула и равнодушно поинтересовалась:

— Наличными оплачивать или можно карточкой?

— Живыми деньгами! — алчно воскликнула Яна.

— Без проблем.

Кусты бровей поднялись вверх, из щелочек выглянули хитрые глазенки.

— Чудесно, — пропела Темкина, — вот вам лист бумаги и ручка, напишите сведения о своих предках, чем они дальше от вас, тем лучше. Вначале надо вспомнить день, месяц, год и место их рождения. Знаете, правду о бабушке — хорошо, о прабабке — еще лучше, а если вы способны рассказать о пра-пра-пра.., совсем расчудесно.

Я повертела в руках листок бумаги. Если я хорошо знакома с биографиями пращуров, то зачем тогда собираюсь платить нехилую сумму Темкиной? Впрочем, я ж богатая идиотка!

— Понимаете, столь точную информацию я могу сообщить лишь об одном человеке.

— Прекрасно, хватит и его. И кто он? Дедушка?

— Нет, я сама, Дарья Васильева, родилась…

— Даже про мать ничего не знаете?

— Нет.

— И про отца?

— Увы, мы не встречались!

Яна Валерьевна постучала пальцами по столешнице.

— Тяжелый случай.

— А кому сейчас легко? — машинально ляпнула я и испугалась.

Скорей всего, Яна Валерьевна обозлится и откажется общаться с хамоватой клиенткой. Но профессор неожиданно засмеялась.

— Абсолютно с вами согласна! Деньги счет любят, нечего их зря растренькивать. Попробую сделать все, что в моих силах. С вас задаток.

— Да, конечно, — закивала я, только сейчас поняв, что забыла в «Пежо» сумочку, — думаю, вам удастся раскопать все. Зелимхан Хасанович говорил: Яна Валерьевна волшебница.

Лицо толстухи скукожилось.

— Вы о ком говорите? — недоуменно воскликнула она.

Я повесила на лицо самую сладкую улыбку.

— Жил-был на свете человек по фамилии Адашев и по имени Зелимхан Хасанович. Вы в свое время помогли ему собрать некие документы, помните?

Яна Валерьевна молчала.

— Папочку, — тихо продолжила я, — с бумагами, неужто позабыли?

— Вы кто? — резко спросила Темкина.

— Курочка с чемоданом золотых яиц.

Профессор отвернулась к окну.

— Наверное, вы уже поняли, что я не собираюсь составлять родословную?

Начальница молча кивнула. То, что она не стала орать, топать ногами и звать охрану, чтобы выставить из кабинета докучливую посетительницу, обнадеживало.