Эксперимент (СИ)

Да если бы не он, я бы после аварии и не встала. Выходил меня в буквальном смысле слова. И что я ему в ответ?

– Прости. Глупость ляпнула. Не обижайся, пожалуйста. Миш?

– Я не из обидчивых, тебе ли не знать. Держи, – протягивает мне конверт.

М-да, сумма приличная. Сдает, однако, кое-кто свои позиции. Жуть как хочется взять деньги, но, к счастью, я успешно справляюсь со своим желанием.

– Я не для этого от тебя съехала. Мне хватает моей зарплаты, – вполне уверенно вру я, убирая конверт в карман Мишиного пальто.

– Значит отдай кому не хватает, – небрежно кидает конверт на тумбу и, не прощаясь, выходит из квартиры, громко хлопнув дверью. И все-таки обиделся…

Нехотя беру вибрирующий мобильник. Вот же прилипала!

18:12

«Черный или белый?»

18:13

«Сиреневый»

***"

"Вот уж никогда бы не подумал, что с туфлями будет такой затык. Лучше бы у нее и вправду был тридцать восьмой. Проблема в том, что я уверен на девяносто девять процентов, что нога у нее на два размера меньше. И вот тут конкретный провис. Ибо имеющиеся туфли совсем не те, что я хотел бы на ней видеть. Где она закупается? В детском мире?

– Посмотрите на это с другой стороны, Вячеслав Викторович. Это даже хорошо, что вы купили туфли не на тонкой шпильке, – перевожу взгляд на Сашу. – Если она решит отдавить вам ногу, то с таким каблуком у вас будет шанс остаться менее покалеченным.

– Действительно, как я об этом не подумал. А знаешь что, останови-ка у какого-нибудь магазина. Туфлями и бельем такую не удивишь. Сделаю ей приятное. Куплю ей упаковку сала. И чеснока.

– Хороший выбор. Хлеб не забудьте.

– Обязательно.

Допизделся – первая пришедшая на ум мысль, когда в окне узрел сбежавшую мямлю. Теперь и вправду нашел.

– Мария, мать ее, Григорьева.

– Что?

– Тормози. Вот что. Это моя сбежавшая невестушка.

Нет, чтобы бежать, так эта бестолочь дождалась пока я выйду.

– Нормально так за хлебушком съездил.

??????????????????????????Дергаю ее за капюшон, как только она наконец решилась сбежать, и усаживаю в машину.

– Поехали, – киваю Саше и перевожу взгляд на Машу. И вроде бы все при ней. Можно смело назвать красивой, но что ж так ровно-то? Хотя, о чем я? Девица, выросшая в оранжерейных условиях, априори не может быть интересной.

– Гадина мелкая, хоть бы отцу сообщила, что жива. Ты вообще своей кукухой отбитой соображаешь, что он испытал?

– Я послала ему записку. И я не гадина. Пожалуйста, не ругайтесь при мне матом. У меня от ваших речей уши в трубочку сворачиваются. Потерпите, – блядь, ну как можно было вырасти настолько ненормальной? Она же точно от вида члена рухнет в обморок.

– Послал же Бог невестушку, – стягиваю с нее шапку. – Ну хоть мордашкой удалась и на том спасибо. Мямля.

– Я не мямля.

– А кто?! Нормальная баба давно дала бы деру, а не стала дожидаться, пока ее усадят в машину.