Эксперимент

Не переживай, – вот уж, о чем я не переживаю, так это о трусах.

– Я тут подумала, это как-то все нечестно.

– Что я трахнул тебя раком, а не ты меня? – ну какой же гад. – Извини, дорогая, природа в гетеросексуальных парах это не предусмотрела. Я тут ни при чем.

– Фу, как грубо звучит. Нет, я не об этом.

– Тогда дай снова угадаю. Нечестно, что ты полуголая, а я одетый?

– Ну это да. Но я снова не об этом.

– Ну все, я сдаюсь.

– Нечестно то, что я в свои двадцать один дышу, как загнанная лошадь и не могу подняться без посторонней помощи, а тебе хоть бы хны.

– Если тебе от этого полегчает у меня иногда болит поясница.

– Можно подумать, у меня она не болит иногда. Ну ладно, я хоть снизу вижу твой двойной подбородок, – тяну пальцы к его лицу.

– Не звезди, под щетиной не видно, – улыбаясь, произносит Слава. – Слушай, насчет твоего брата, – ну, спасибо, что напомнил. К стыду еще и чувство вины прибавляется. Отлично. Кто-то в реанимации лежит, а кто-то трахается. – Я тогда не мог договориться о посещении. Реально не было возможности.

– Я знаю, – тихо произношу я, поднимая вверх руку. Провожу пальцами по его губе. – А я укусила тебя не потому что ты меня бесишь. Я злилась на саму себя и за то, что ты сделал со мной.

– А что я с тобой сделал? – убирает прилипшую прядь волос с моего лба.

– Ты знаешь что. Не делай из себя дурака.

– Будем считать, что я – дурак. Поясни.

– Ты сделал меня зависимой от тебя. Мне это не нравится. Я пришла к тебе дважды. Это… это… блин, слишком для меня. Я с детства зависела от брата, сначала финансово, потом вдобавок физически. И пусть он триста тысяч раз хороший, но это ужасно – не представлять без кого-то своей жизни, – закрываю глаза, как только осознаю, что я сейчас ляпнула. В переводе на русский, я не представляю свою жизнь без Архангельского? Ой, придурочная… В любви признайся еще. Давай, опозорься еще больше. Ладно, надо просто быстро перевести тему. Думай, блин, Наташа. – Ты гадкий манипулятор, – бинго!

– Нет. Я просто знаю чего хочу и не скрываю своих желаний. Все максимально прозрачно. Да, у меня были свои цели. Но на самом деле я не хотел, чтобы ты взрослела. Ты мне нравишься такой, какая есть. Моя цель была проста: ты должна была сама понять, что ты хочешь, ну и прийти, конечно, сама. В одни ворота играть сложно. Жаль потерянного месяца, но, с другой стороны, это прогресс. Ты поборола свою гордыню и упрямство.

Спустя несколько секунд я все же решаюсь спросить Славу про его мать. Он охотно рассказывает мне про нее и теперь мне становится еще более стыдно. Возможно, когда-нибудь мне все же придется с ней увидеться. Значит Александра Дмитриевна… хоть бы сегодня не столкнуться. Так и вижу, как какая-нибудь карга с тростью поджидает меня у гаража и с удовольствием избивает за оскорбления ее сына. Ну а что, все честно.