Экспедиционный корпус

Климова подташнивало, а в животе начало крутить.

«Может просто отравился?» — подумалось ему.

Но нет, это была нервная реакция организма. Вот он и боролся с ним, чтобы не сблевануть или не обосраться. Так и мучался."

"Сигнал к атаке воспринял после всех этих нервических страданий даже с каким-то облегчением. Наконец все это закончилось.

В два транспортных модуля даже с учетом погибших и раненых, кои оставались на захваченной позиции под присмотром третьей и пулеметных рот, все боеспособные солдаты не влезали, как ни трамбуй.

— Поступим так: сформировать две гранатометные команды, они двинутся пешком вслед за модулями и будут вести огонь по артиллерийским позициям противника…

Климов засел в одном из тракторов.

— Вперед!

Вопреки ожиданиям сопротивления практически не оказалось. Немецкие солдаты, увидев приближающуюся технику поливавшую их огнем из пулеметов, оставили позиции и драпанули в сторону форта «Свиная голова», что располагалось южнее поселка. Как-то в это время не было принято обороняться в поселениях, хотя займи немцы Курси и каждый дом пришлось бы брать штурмом.

В городке произошли лишь незначительные стычки с теми немецкими подразделениями, что по каким-то причинам задержались тут. И то это были скорее солдаты их хозяйственных частей и легкораненые. С сотню таких захватили в плен.

С докладом о взятии поселения командиру полка был послан вестовой. Вернулся он через полчаса с приказом отменяющим атаку на стеклянный завод. Вместо него требовалось присоединиться к атакующим на форт «Свиная голова» с северного направления ровно в два часа.

— Как там вообще обстановка? — поинтересовался Климов у вестового.

— Плохо, господин капитан. Первый штурм немцами был отбит с большими для нас потерями. Французы плохо разрушили укрепления… Второй батальон потерял почти половину солдат убитыми…

Вновь начался артобстрел «Свиной головы», французы пытались выполнить свою работу, но с точностью было не ахти. Для нормального разрушения укреплений, что немцы возводили тут три года, требовалось выводить крупнокалиберные орудия практически на прямую наводку, а не плеваться издалека по принципу, куда бог пошлет.

— Схема укреплений есть, Виктор Францевич? — спросил Михаил у и.о. комбата, после того как в бинокль посмотрел на укрепления форта.

Последние внушали. Высокий земляной вал, метров десять, не меньше, с бетонными и стальными куполами для арторудий и пулеметов. Поверху идет бетонная стена с бойницами для стрелков. Разрушения всего этого великолепия минимальны.

А если верить плану, то там еще есть какое-то продолговатое здание из бетона. Скорее сего казармы, склады и все прочее.

— Да, вот… — показал схематичный набросок капитан Генроз.