Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

"

"То, что нет электричества — важная новость, в магазине свет никто не включал, уличного освещения же в деревне не появилось даже с приездом первого секретаря. И резкое исчезновение света становилось еще одним доказательством в правильности фантазий Умника-Миши. Впрочем, тот, может и неединственный в истории случай, если верить «Вечной книге», когда фантазии еврея материализуются.

Павла же проблема электричества, его отсутствие, становилась как бы ни главной, судя по количеству времени своего монолога, которое он потратил на жалобы «и как программу Время смотреть?», «а у меня туалет в доме и что теперь, воду таскать к унитазу?», и еще много чего и в том же духе.

Козак уже успел пройтись по линии проводов и обнаружить их обрыв в месте, где срезало школу, так что электричеству было неоткуда взяться. Так что Мойша Штейн, ты, кажется, прав.

Спустившись с горы, откуда открывался великолепный вид на лагерь, но желание любоваться красотами куда-то испарилось, разношёрстная компания охотников остановилась. Внизу в метрах пятидесяти от возвышенности, в лагере была развернута какая-то бурная деятельность, о чем пока свидетельствовали доносящиеся до добытчиков кабана крики и споры. Пробравшись через кусты и деревья в сторону археологов, Игорь и его спутники увидели кучки, именно что кучки, студентов, которые переругивались с другими «кучками».

— Ну, прямо, как собрание у нашего сельсовета месяц назад, — высказался Павел Петрович и расхохотался. — Только бабы Нюры нет, чтобы костылем всех разогнать.

От этой шутки впервые за последние несколько часов появилась улыбка и на лице Козака, который, видимо, вспомнил, как эта самая баба Нюра гоняла грозного председателя своим костылем и обкладывала матом, а после все трое «охотника» рассмеялись, да так громко, что их смех услышали и в лагере. Это был очередной адреналиновый откат, организм пытается избавиться от негатива, продолжать дальше жить, функционировать.

— О, бойцы какие! — задыхаясь от смеха, сказал Казак.

Действительно, на небольшую тропинку, которая вела на крыничку и в лагерь, вышли десять «лопатчиков». Ну, или как назвать воинов, держащих лопаты, словно копья?

— А не шмальнут? — спросил уже отходящий от смеха Козак.

— Не должны, я автоматы и пистолет припрятал, — сказал Игорь, нарочито, чтобы и «лопатчики» услышали.

С появлением Козака, у Солдата возникло двоякое чувство. С одной стороны — взрослый, явно неробкого десятка, опытный, в сравнении конечно, охотник, Петрович был десантником, когда еще воздушная гвардия только зарабатывала свою репутацию, да и отслужил даже не два года, а все четыре. Такой мужик рядом в сложной и неоднозначной ситуации был крайне полезен. Еще бы выжил охранник Колосова, да смог чего подсказать, так и воевать можно.