Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

— Красиво ты ее, учишься на эмоциях людей играть, — сказал Степан и протянул свою уже почти уже опустевшую бутылку, чтобы стукнуть ею о шампанское Солдата.

— Фирма веники не вяжет. И от нас угрозу убрал и Козаку помог. Катерина сейчас вокруг него курицей-наседкой кудахтать будет, — отпив игристого вина, сказал Игорь.

— Да, только без нее, когда и Вера побежала к своему Карпу, некому порядок навести с работягами, — обратил внимание на не другую сторону «психологической обработки» Катерины.

Игорь только пожал плечами, выказывая, что именно сейчас ему все равно.

— О, наши женщины идут, да еще на волокушах тащат… Вроде бы, Володю Кащина, — Степан указал рукой с бутылкой в сторону бывшей школы.

— Может, поможешь? — выкрикнула Света за метров пятьдесят от места распития Игоря со Степаном благородного напитка будущего.

Парни с ленцой приподнялись и не спеша пошли в сторону трех девчонок с волокушами и лежащим на них Кащиным. Состояние было, как говорила бабушка Игоря «агульная млявасть и абыяковость да жицця», означающая полное безразличие к происходящему. Сошедшее напряжение от встречи с князем Олегом, да расслабляющее изрядно выпитое шампанское потакало только к нескоротечному разговору, но не к решению серьезных задач.

— Графиня Светлана, виконтесса Власта, — Степан нашел в себе силы для лицедейства и изобразил подобие книксена, но из-за резкой боли в ноге, чуть не упал.

— Какого черта, помогли бы! — взъярилась «ее сиятельство графиня».

— Рассказывай! — не обращая внимания на эмоции своей суженной, сказал Солдат.

— Этот придурок, — Света показала на, постанывавшего на волокушах, Владимира. — Ночью, когда я пыталась уснуть, да еще мучилась неизвестностью что происходит в городе, а еще и токсикозом, пьяный приперся, и… Начал объясняться, что он с первых дней учебы в универе влюблен в меня и готов на все. Меня тошнило, и я просто послала его на хрен, тогда этот… начал меня лапать, и даже снял с себя штаны. Вот…

Света запнулась, удерживая неуместную паузу, когда Игорь мог подумать, что угодно, но слово взяла Татьяна, поняв опасность недосказанности:

— Нет, он ничего не сделал, а Света как-то сломала идиоту ногу. А мы с Властой были рядом и вытянули его из палатки. Тогда он начал драться и пришлось извращенцу морду набить.

— А опосля, тать сия, бежал, и мы его искали, — подхватила эстафету рассказа Власта.

— И поэтому у него одна нога сломана, а вторая со стрелой в бедре, а еще нос сломан, фингал под глазом, — усмехнулся Степан. — Смотри, граф, какие у нас с тобой бабы боевитые, аж жуть. Не, я изменять не стану, а то прострелит Власта еще чего так нужного.

Шутливый тон подпившего фехтовальщика разрядил обстановку и все улыбнулись, кроме Светы.